Отечественный кинопрокат, переиначивая названия зарубежных фильмов, длит многолетнюю «франшизу», начинающуюся со слов «Мой парень…». Афиши кинотеатров продолжали фразу словами «псих», «ангел», «зомби», «из зоопарка». В полку прибыло – «Мой парень – киллер» Пако Кабесаса («Гнев») взял на мушку российскую публику. Желание убить двух зайцев сразу — поразить условные мишени «М» и «Ж» — заставило создателей фильма заняться киноселекционированием – скрестить жанры романтической комедии и остросюжетного экшна. Что выросло, то выросло — насколько высоко покажет бокс-офис. Но зайцы, определенно, не пострадают.
Сюжет этого изрешеченного пулями ромкома повествует о встрече двух «бывших». Взбалмошная Марта (Анна Кендрик) из категории «бывших» подружек, которым упорно не везет в любви, — бойфренд изменил ей у нее на глазах, а в качестве извинений предложил продолжить роман «на троих». Френсис (Сэм Рокуэлл) – бывший киллер экстра-класса, однако, репутация профессионала (от клиентов нет отбоя) и коллеги из прошлого не дают ему уйти на покой. Герой Рокуэлла — киллер-ренегат, сформулировав собственный моральный кодекс, он приходит к справедливости тезиса «убивать нехорошо» и находит ему практическое применение – убивает заказчиков убийств. Встреча у стойки с презервативами ничего безопасного персонажам не сулит, пусть и пытаются эти два неуравновешенных героя уравновесить друг друга. Шутки ради они сперва бросают друг в друга ножи, а когда к игре присоединяются «коллеги по работе» Френсиса, – учатся не поймать пули.
Пако Кабесас пробовал себя в разных жанрах (от триллера до пародии), как сценарист, предлагая зрителям сцены расправ «Сексуальной киллерши» над восставшей нежитью, как режиссер — зарисовки из жизни улиц и злачных мест города, подминающего и подменяющего человеческие чувства «Неоновой плотью». Сочинивший сценарий «Очень испанского кино», высмеивающего стереотипы родного ему кинематографа, Кабесас, если не подшутил над штампами американского экрана, то уж точно почерпнул вдохновение в американской комедийной классике с участием Бастера Китона и Гарольда Ллойда. Сценарий Макса Лэндиса («Виктор Франкенштейн») режиссер пересказал публике в манере слэпстика – комедии потасовок, в которой откровенно фарсовые эпизоды сочетаются с чередой мордобитий, нелепиц и трюков. Пионеры слэпстика родом из цирков и мюзик-холлов, да и название жанра происходит от хлопушки, которой клоуны создавали на публике звуковой эффект от удара во время комической драки, «выбивая» аплодисменты зрителей. В фильме отсылкой к этому служат не только многочисленные хлопки во время комически срежиссированных драк, но и непременный атрибут главного героя – красный клоунский нос, который он надевает, наказывая заказчиков убийств их же, по сути, оружием.
Не стоит забывать, что слэпстик – жанр немого кино, вот и в некоторые моменты фильма, дающие персонажам отдышаться от огнестрельной суеты, кажется, что лучше бы они не тратили время и нервы зрителей на разговоры. Драки и танцевальные па здесь выписаны лучше, чем реплики. Карикатура с постной подписью перестает быть смешной, обретая эпитет «милая». Благо режиссер спешно умеет переключить рычажок с ромкома на экшн.
Убедительно разыгрывать эксцентрическую комедию и паясничать в кадре дано не каждому. Анна Кендрик («Мне бы в небо») и Сэм Рокуэлл («Признания опасного человека»), уже встречавшиеся на съемочной площадке фильма «В поисках огня», составили легкий и органичный дуэт, оправдывающий неуклюжесть фильма-шапито. В нем натянутый на шаткую конструкцию сюжета брезент расцветили актерские работы: пантомима и жестикуляция, ужимки и кривляния, артистическая спонтанность.
Присутствие Тима Рота («Омерзительная восьмерка») – неоспоримое достоинство фильма. Однако, глядя на его умный и циничный прищур, нельзя не задуматься над тем, что сценарию Лендиса могла быть уготована лучшая доля. Неловкая и невольная пародия на «нарицательных» Тарантино и Бессона, Лаймана Дага, отсылки к «Киллерам», «Правдивой лжи» и «Ультраамериканцам» создают ощущение не то второсортности материала, лежащего в основе фильма, не то игры режиссера в имитацию вышеназванного. Фильм напоминает шипучку, к которой голосом Фаины Раневской хочется обратить «Меньше пены!».
Для своего же блага фильм Кабесаса нужно воспринимать не в целом, но в частностях: случающихся удачных эпизодах, моментах стеба, шутливых драках, «звучащих» в фильме под превосходный музыкальный аккомпанемент, который задает бодрый настрой фильму и его зрителям. И все-таки, несмотря на то, что многое в «Мой парень – киллер» кажется сделанным шиворот-навыворот, фильм этот смехотворен. И на нем найдется повод посмеяться, и над ним.
Эмилия Деменцова