Автор: Николай Соснов
Вхожу в больницу и затылком сразу ощущаю знакомое прикосновение мучительной боли. Десятки пульсирующих нервных узлов зовут меня к себе, но сегодня я пришел к официантке Жене Савиловой. Выбираю нужную лестницу и поднимаюсь в потное плавленое летней жарой отделение для безнадежных. Здесь в крохотных ячейках-боксах ждут своего часа обреченные на страдание.
Похудевшая, утыканная иглами и опутанная проводами Женя похожа на сломанного андроида из фантастического фильма. Роскошные темные волосы — последние улики былой красоты - собраны в узелок под медицинскую шапочку. Слезящиеся глаза встречают меня настороженным вопросом: кто этот парень в элегантном черном костюме?
- Привет! - говорю я. - Прогуляемся?
Женя пытается сесть и что-то ответить, но тело не двигается, а изо рта доносится лишь едва заметный шепот:
- Кто ты? Я тебя не знаю.
Я не слушаю ее робких возражений, скатываю Женю в большой сверток вместе с белыми альбомными листами простыней, разноцветными гирляндами проводов, журчащими капельницами, пикающими огоньками мониторов, вместе с вещами, словами и мыслями, и выношу вон из унылого обиталища Имхотепа-Асклепия.
Она жмурит глаза и не открывает их всю дорогу, а когда все же размыкает веки, то видит не однотонные обои палаты, а безумный красный песчаник, изогнувшийся сотнями арок немыслимых форм, и не облупившийся потолок, а синее до темноты небо, стыдливо закутанное в барашковую шерсть облаков. И Женя кричит от беспредельного восторга, я же хохочу во все горло. Она падает на колени и хватает горстями красную землю, вопя:
- Юта! Это же Юта!
Я позволяю Жене посмотреть весь парк, а потом мы отправляемся в Лондон и оказываемся в классическом английском пабе, одном из последних настоящих. Женя не пьет, ей просто интересно. Показываю ей город целиком от Букингемского дворца до исчерканных граффити подворотен. Мы заходим, куда она хочет: в музей — поглазеть на скелет птеродактиля, в модные бутики — примерить новинки, в метро — покататься.
Наше время бесконечно, но вечер все-таки наступает. Мы встречаем закат на яхте близ Венеции. Женина голова покоится у меня на коленях. Я перебираю ее великолепные волосы.
- Ты можешь меня излечить? - спрашивает она.
- Нет.
- Будет очень больно.
- Да. Но недолго. И я буду с тобой до конца.
Прогулка придала Жене сил. Она стойко встречает неизбежную последнюю муку. Только задает еще один вопрос, он всегда возникает:
- А там что-нибудь есть?
Я отпускаю ее застывшую руку. Сердце не бьется. Лицо сделалось строгим. Женя получила свой ответ от Вселенной.
Выхожу из палаты и слышу, как неподалеку извивается от ужаса на своем ложе богатый жирный червяк, потративший свой срок на причинение зла. К нему я тоже загляну попозже, чтобы воздать по заслугам.
Рай и ад находятся не по ту сторону. Они здесь, и каждый напоследок имеет возможность выпить до дна непрожитый остаток дней. Не моя вина, что одни предыдущей жизнью заранее выбрали всю красоту мира, а другие — мрачные подвалы пыточной. Я лишь помогаю подвести черту под балансом. Но существует ли хоть что-то за этой чертой — неведомо даже мне, Смерти.
Нравится рассказ? Поблагодарите журнал и автора подарком.