Вы знаете, что такое «отчаяние», «безысходность», «одиночество»? Вы думаете это громкие слова и сильные чувства? Нет. Это пустота. Тишина и пустота. И в этой звенящей пустоте внутри меня билась одна единственная мысль: «Вот об этом я мечтала? Такой жизни хотела?»
Отчаяние
Я сидела в огромной коммунальной кухне и безучастно смотрела в окно. Одна в пустой квартире. Если бы мне сейчас сказали, что во всем городе из живых осталась только я, я бы не удивилась. Я бы поверила…
…Через пару месяцев после замужества мы оказались в коммуналке. Жить с родителями, которые были против нашего брака, не получилось. Мама нашла нам комнату, договорилась со своей подругой, туда и переехали.
Безысходность
В коммуналке на улице Верхняя Красносельская мы занимали одну комнату, две остальные пустовали. Я ещё пыталась учиться, но уже нашла работу в прачечной, два через два (день и ночь). Муж работал грузчиком на складе. Проект на заводе Хруничева рухнул вместе с шаткой экономикой 90-х, другой работы не было.
«Грузчик и прачка» — самая популярная шутка того времени среди наших друзей.
Денег, конечно, не хватало. Но это было то время, когда даже чай в пакетиках можно было купить поштучно и это очень выручало. Мама работала совсем рядом, поэтому в холодильнике всегда хранилась неприкосновенная пачка пельменей. Если мама зайдет после работы, будет что приготовить на ужин. Признаваться, как идут дела на самом деле, не хотелось.
Так мы прожили три месяца, а потом серьезно заболел старший брат мужа. Для свекрови это был удар. Прошло меньше полугода, как она сама стала вдовой. Она умоляла сына вернуться. Около месяца он пытался жить на два дома, но брату становилось хуже, и он уехал. А я осталась.
Одиночество
Я плохо помню те дни, что прожила одна. Память услужливо стерла их из памяти. Гулять и встречаться с друзьями, пока муж ухаживает за братом, было как-то неловко, поэтому я просто курсировала между домом, работой и институтом день за днем, на полном автопилоте.
В комнате, которую я теперь занимала одна, раньше проживали две бабушки. Я знала их ещё ребенком. Каждое лето мы проводили на соседних съемных дачах. Бабу Аню любила особенно. С самого раннего детства она разговаривала с нами, детьми, на равных, не сюсюкая. Она курила сигареты. Носила мужские военные брюки. И ходила в лес с деревенской собакой Верным. Мы ее обожали.
Бабушек не стало, но комната осталась такой же, какой была при них: две кровати, горки подушек, которые падали, когда я плюхалась на кровать после работы. Два шкафа чистых и бедненьких вещей.
От нечего делать я наводила в комнате порядок и подолгу разговаривала со шкафом бабы Ани, объясняя, как и почему докатилась до такой жизни. Тогда я ещё не знала, что эти одинокие дни в коммуналке были не самыми плохими…
Продолжение: Коммуналка (ЧАСТЬ 2) «Левретка в розовом свитере»
Начало истории: Один телефонный звонок изменил мою жизнь навсегда...