Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

«Секса у нас нет». История легендарной фразы

Однако, случались и периоды «разрядки». Одним из таких приятных моментов стал телемост Москва-Лос-Анджелес. 5 сентября 1982 года состоялся первый «обмен» мнениями — тогда, инициаторами программы стали Стив Возняк и Иосиф Гольдин, во время молодёжного фестиваля «Мы». Телемост быстро приобрел популярность, потому что показывал мир «оттуда», с противоборствующей стороны, но без излишней агрессии, и скепсиса. С обменом мнений, музыкальными номерами (Алла Пугачева с одной стороны, рок-группами – с другой), фильмами для детей и, естественно, политикой. Не остались в стороне и общечеловеческие вопросы. 28 июня 1986 года, во время очередного телемоста (Ленинград-Бостон), американской участницей «встречи» задался вопрос: «У нас в телерекламе всё крутится вокруг секса. Есть ли у вас такая телереклама?» Владимир Познер, ходивший по трибуне с микрофоном для «обратной связи» с американцами, передал микрофон администратору гостиницы и члену общественной организации «Комитет советских женщин» Лю

     Во второй половине 20 века противостояние двух мировых сверхдержав — США и СССР — выходило на все более невероятный уровень. Затрагивались многие темы — начиная от спорта, и заканчивая вооружением, и космосом. На первый план выходило опережение соперника по доминированию в мире, постройке собственной системы защиты из союзных стран-марионеток, военных баз, а также активной пропаганде, рассказывающей о «людоедстве» одних, и мирном, разумном существовании других. Само противостояние имеет несколько значимых витков (наприм. Карибский кризис, война в Афганистане), и периодически подталкивало мир на грань всеобщей ядерной смерти.
Во второй половине 20 века противостояние двух мировых сверхдержав — США и СССР — выходило на все более невероятный уровень. Затрагивались многие темы — начиная от спорта, и заканчивая вооружением, и космосом. На первый план выходило опережение соперника по доминированию в мире, постройке собственной системы защиты из союзных стран-марионеток, военных баз, а также активной пропаганде, рассказывающей о «людоедстве» одних, и мирном, разумном существовании других. Само противостояние имеет несколько значимых витков (наприм. Карибский кризис, война в Афганистане), и периодически подталкивало мир на грань всеобщей ядерной смерти.

Однако, случались и периоды «разрядки». Одним из таких приятных моментов стал телемост Москва-Лос-Анджелес. 5 сентября 1982 года состоялся первый «обмен» мнениями — тогда, инициаторами программы стали Стив Возняк и Иосиф Гольдин, во время молодёжного фестиваля «Мы». Телемост быстро приобрел популярность, потому что показывал мир «оттуда», с противоборствующей стороны, но без излишней агрессии, и скепсиса. С обменом мнений, музыкальными номерами (Алла Пугачева с одной стороны, рок-группами – с другой), фильмами для детей и, естественно, политикой. Не остались в стороне и общечеловеческие вопросы.

28 июня 1986 года, во время очередного телемоста (Ленинград-Бостон), американской участницей «встречи» задался вопрос: «У нас в телерекламе всё крутится вокруг секса. Есть ли у вас такая телереклама?»

Владимир Познер, ходивший по трибуне с микрофоном для «обратной связи» с американцами, передал микрофон администратору гостиницы и члену общественной организации «Комитет советских женщин» Людмиле Ивановой. «Ну, секса у нас… (смешок) секса у нас нет, и мы категорически против этого!» — Был ответ Людмилы, после чего последовал смех в зале, из-за которого не был услышано уточнение другой женщин из студии. «Секс у нас есть, у нас нет рекламы!»

    Однако, «в народ» ушла именно фраза Ивановой, причем, вырванной из контекста: «В СССР секса нет». Объясняет сама героиня:
Однако, «в народ» ушла именно фраза Ивановой, причем, вырванной из контекста: «В СССР секса нет». Объясняет сама героиня:

«Во-первых, этого слова никогда никто не слышал. Только догадывались, что такое секс. Но мы поняли, что [у этого слова] не очень хорошее значение. Так как я была женщиной активной, Познер дал мне микрофон - он ходил по трибуне - и я сказала: "В СССР секса нет - у нас есть любовь", но этот кусок потом отрезали.

Я сказала "мы против этого" или "мы не понимаем этого" - что-то в таком роде. Я уже сейчас не помню. Как только я сказала "в СССР секса нет", раздался гром смеха, дальше я уже вообще ничего не слышала.

Я, во-первых, испугалась (о том, что м.б. сказала что-то глупое, или неправильное — прим. блога). Я подумала, что я вообще что-то не то сказала, и мне за это здорово попадет. Это вылетело само собой. Самое главное, мы должны были всё, что они предлагают или спрашивают, отрицать. До этого же Познер с нами полтора часа беседовал со всеми. Он говорил: "Будут вопросы неожиданные, они вас будут ставить в тупик, вы не сдавайтесь, сразу отвечайте, не смущайтесь". Я задание получила, я его старалась выполнить».

Фраза быстро разлетелась по стране, и стала легендарной. Она была на «слуху» в кино, в разговоре рядовых граждан, и все еще «дожила» до сегодняшних дней. А в СССР использовалась еще и как намек на ханжество, что не исключает и её необъективность, в духе: «У нас секса нет».