Найти в Дзене
окно в подъезде

Жизнь и смерть в "Рассказе о семи повешенных". Леонид Андреев

ВСТУПЛЕНИЕ Жизнь и смерть – два слова, скрывающие в себе миллиарды загадок. Они, две противоположности, словно верные супруги, держась за руки и наслаждаясь обществом друг друга, бесконечно долго шагают по нашим головам. Множество мыслителей пытались подобрать ключи к вопросу жизни и смерти. Леонид Андреев уже в 17 лет, лежа на рельсах, задавался вопросом: как это так в никуда? На этот вопрос писатель попытался дать ответ уже в зрелые годы в произведении “Рассказ о семи повешенных”. В рассказе говорится о людях, заглянувших в лицо смерти, об их эмоциях и мыслях. В своей статье я попытаюсь кратко пересказать основные мысли автора. Страшна не столько сама смерть, сколько знание о ней Невозможно знать точный день, когда твоё сердце перестанет биться. В этом незнании и заключается сила. Никто не может представить своё лицо, покрытое трупными пятнами, поэтому страшна не столько сама смерть, сколько знание о ней. Если всерьёз думать о своём конце, то жизнь превратится в сплошной океан с
Оглавление
Репин И.Е. Портрет Леонида Андреева (Летний отдых). 1905.
Репин И.Е. Портрет Леонида Андреева (Летний отдых). 1905.

ВСТУПЛЕНИЕ

Жизнь и смерть – два слова, скрывающие в себе миллиарды загадок. Они, две противоположности, словно верные супруги, держась за руки и наслаждаясь обществом друг друга, бесконечно долго шагают по нашим головам. Множество мыслителей пытались подобрать ключи к вопросу жизни и смерти. Леонид Андреев уже в 17 лет, лежа на рельсах, задавался вопросом: как это так в никуда? На этот вопрос писатель попытался дать ответ уже в зрелые годы в произведении “Рассказ о семи повешенных”. В рассказе говорится о людях, заглянувших в лицо смерти, об их эмоциях и мыслях. В своей статье я попытаюсь кратко пересказать основные мысли автора.

Страшна не столько сама смерть, сколько знание о ней

Невозможно знать точный день, когда твоё сердце перестанет биться. В этом незнании и заключается сила. Никто не может представить своё лицо, покрытое трупными пятнами, поэтому страшна не столько сама смерть, сколько знание о ней. Если всерьёз думать о своём конце, то жизнь превратится в сплошной океан страха – именно об этом думал министр в день покушения на него.

А действительно ли так плохо было жить?

Есть люди, жизнь которых складывается не совсем так, как им хочется. Так, например, Иван Янсон батрак у зажиточного крестьянина, оказавшийся вдали от родины, был угрюм и молчалив. Радость ему доставляли только те моменты, когда он, напившись, ездил на санях. После каждой поездки он чудом оставался невредим. Он не ценил жизнь вовсе, осознал свою потерю уже только тогда, когда был приговорён к смертной казни за убийство хозяина, которое он, кстати, совершил совершенно просто, будто коня запряг. Единственное, что Янсон смог сказать в своё оправдание “Меня не надо вешать”. В его голове не умещалась мысль, что бытие так ненавистное ему вот-вот закончится. Только тогда он задумался: а действительно ли так плохо было жить?

Когда тысячи убивают одного, то, значит, победил этот один

“Когда тысячи убивают одного, то, значит, победил этот один” – так считала Муся, участница покушения на министра. Смерть не была страшна для неё, это была награда за продуктивную геройскую жизнь. Она даже задавалась вопросом: “Неужели я достойна? Достойна того, чтобы обо мне плакали люди, волновались, обо мне, такой маленькой и незначительной?”

Мучение не в том, что видна смерть, а в том, что сразу видны и жизнь и смерть

Сергей Головин любил жизнь, был настоящим оптимистом. Даже когда он сидел в камере в ожидании своей казни, он занимался гимнастикой. Сергей не боялся наказания, но в один момент, задумавшись, понял, что мучение не в том, что видна смерть, а в том, что сразу видны и жизнь и смерть. То есть смерть страшна не сама по себе, а только как потеря жизни, а этого, к сожалению или к счастью боится любой.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В последние часы жизни всё представляется таким необязательным, смешным. Хочется задать вопрос: а зачем? Кажется, что мы просто гости в этом мире и терпение у хозяина отнюдь не железное. Мы так привыкли предавать всему значение, что даже в повешение людей вносим так много обычной человеческой аккуратности, старания, деловитости. Даже самое безумное на земле дело совершается с таким простым, разумным видом.