Пока люди сами не сталкиваются с какой-то проблемой, им очень сложно понять, как трудной найти хоть какое-нибудь решение этой проблемы. Тем, от кого решение этой проблемы зависит, намного проще.
Раз в год, а то и в несколько лет, в различных городах нашей страны проводятся уже ставшие традиционными акции: какой-нибудь крупный чиновник, депутат или мэр ставит себя на место обычного гражданина и пытается выжить в жутких условиях, с которыми большей части людей приходится сталкиваться ежедневно. То депутат пытается не попасть в больницу, питаясь месяц на прожиточный минимум в 3500 рублей (неудачно), то мэр отважно садится в инвалидное кресло и пробует преодолеть полосу препятствий, которую уверенно именуют дорогами (тоже неудачно).
Один из последних таких экспериментов, когда власть не только снизошла до простолюдинов, но ещё и попыталась почувствовать себя в шкуре тех, кто каждый день проводит в инвалидном кресле, случился в Нижнем Тагиле. Всё прошло традиционно: пресса, охрана, помощники и сам беззащитный мэр, которому предстояло прочувствовать всю боль инвалидов-колясочников. Вот только боль эта странного характера: ведь ты можешь потом встать с коляски и пойти домой, отчитав помощников. А инвалид этого сделать не может.
Как вы можете понять, ничего у мэра не вышло, а потому прилетело всем ответственным. А почему не вышло? Дороги слишком плохие? Да. Не хватало способностей и навыков, которыми обладают люди, занимающиеся этим уже на протяжении долгого времени? Не без этого. Но главная проблема в том, что
чиновники занимаются не решением проблемы, а пытаются исправить безобразие, которое появилось по их же вине.
Что уж говорить, если даже депутаты, прикованные к инвалидному креслу, подключаются к решению подобных проблем.
В июле этого года студентка Красноярского государственного педагогического университета им. В.П. Астафьева должна была получать свой красный диплом, однако не смогла попасть в актовый зал на третьем этаже — сообщает Красноярск онлайн. При этом отмечается, что весь остальной процесс обучения был специально адаптирован для девушки: установлен пандус на въезде в университет, занятия проходили преимущественно на первом этаже, а однокурсники никогда не отказывали в помощи. Однако, несмотря на наличие специального подъёмника для лиц с ограниченными возможностями, о таких тонкостях, как вручение красного диплома, никто не подумал.
Ещё один повод задуматься о том, чтобы лечить людей с инвалидностью и дать им возможность ходить, а не пытаться исправлять то, что изначально сломано.
Тонкостей и исключений хватает: недостаточно установить пандус на въезде в подъезд, недостаточно установить даже электрический пандус, за который нужно платить. В Нижневартовске, сообщает Lenta, к крыльцу дома специально приварили скамейку, чтобы инвалид-колясочник не мог выехать из подъезда. Всё потому, что сначала управляющую компанию попросили установить пандус, однако его установку нужно было согласовать с остальными жильцами. По этой же причине провалилась покупка электрического пандуса — жильцы отказались платить лишних два рубля в месяц за электричество.
В мае 2019 года появился первый в России Детский центр протезирования «Хочу Ходить». И это в то время, когда в странах Запада уже успешно практикуют производство недорогих, но качественных протезов, созданных при помощи 3D-принтера. Я уже писал о том, какая большая разница между Россией и некоторыми другими странами в попытке вступить в «эпоху киберпанка», и вот очередное тому доказательство.
Вместо того чтобы спонсировать и всячески поддерживать подобные центры, которые могли хотя бы существовать за счёт государственных финансов, а сами операции проводить при помощи пожертвований и поддержки спонсоров, очередная энная сумма уходит просто на то, чтобы поставить пандусы в подъездах, хотя существуют статьи 15 и 15.1 федерального закона от 24.11.1995 «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации», которые говорят об обеспечении доступности для инвалидов объектов социальной, инженерной и транспортной инфраструктур и предоставляемых услуг, а также государственного контроля за ним.
Тысячи и тысячи людей оказываются запертыми дома не только потому, что им не могут установить протез. Им не могут даже создать условия, чтобы они смогли спокойно перемещаться по улицам или хотя бы выходить из дома. А у многих даже нет возможности приобрести инвалидную коляску или получить её за счёт государства.
Если каждый поставленный пандус, каждая появившаяся кнопка вызова персонала, каждый работающий лифт — это маленький шаг для инвалида, то протезы — это большой шаг, но сделать его невероятно трудно, особенно в одиночку.
Роман Морозов