Пушкин, Крылов, Грибоедов – их произведения знает любой школьник. Но то, что мы расскажем, наверняка вас удивит
Жадные старухи
Оказывается, у известных сказочников братьев Гримм тоже была история о жадной старухе. И Александр Сергеевич Пушкин в своей «Сказке о рыбаке и рыбке» опирается на их вполне жизненный сюжет. Однако русский поэт значительно переработал первоначальный вариант, чтобы придать повествованию русский колорит и сделать его близким отечественному слушателю.
Так, последние два желания ненасытной старухи в изложении Пушкина звучат как: «Хочу стать вольною царицей». А затем и «владычицей морскою». В версии же братьев Гримм бабуся желала стать «Римским папой», а потом и вовсе замахивалась на «Господа бога». Кстати, в черновиках Александра Сергеевича сохранились первоначальные варианты сказки, где старуха ближе к концу сказки восседала на вавилонской башне с накинутой на плечах папской тиарой.
Стрекоза или кузнечик?
Многие литературоведы склоняются к тому, что Иван Андреевич Крылов в своей басне «Стрекоза и муравей» описывал вовсе не стрекозу. Главным героем сатирического произведения и оппонентом муравья выступал… кузнечик. Как такое может быть? Легко, если учесть, сколько преобразований претерпел русский язык с конца восемнадцатого века. Оказывается, кузнечиков в те времена действительно называли стрекозами, потому что они беспрерывно стрекотали.
В целом эта версия весьма похожа на правдоподобную, хотя бы потому, что настоящие стрекозы не только не поют, но вообще не издают каких-либо звуков, помимо жужжания крыльев. Поэтому «лето красное пропеть» стрекоза чисто физически никак не могла. А вот кузнечик мог. Ну и особо дотошные исследователи творчества поэта находят еще ряд подтверждений в тексте басни в пользу этой теории. В первую очередь тот факт, что в самых первых изданиях басни на иллюстрациях вместе с муравьем был изображен именно кузнечик! Крылов переводил басню Лафонтена, а у того вообще была цикада, и разговор у Лафонтена шёл между двумя особями женского пола (муравей во французском языке женского рода). Но в России ещё не были так хорошо знакомы с цикадами, а кузнечик стрекотанием своим весьма напоминал цикаду.
Высокая моральная планка
Все-таки моральные устои еще полтора столетия назад были совершенно иными. Их высота, вероятно, для многих из нас сегодня кажется абсолютно недосягаемой.
Судите сами: режиссеры XIX века буквально не могли найти ни одной актрисы, которая бы согласилась играть Софью в комедии Александра Грибоедова «Горе от ума». Главным камнем преткновения выступала сцена ночного разговора героини с Молчалиным. Находиться в ночное время наедине с мужчиной в те времена приравнивалось практически к блуду...
Понравилась статья? Поставьте, пожалуйста, ваш лайк и подпишитесь на канал, чтобы не пропустить еще больше интересного в будущем.