Знаешь, милый, хотелось тебя обнять, хотелось рядом побыть: час, минуту, секунду, но эти желанные мгновения, я уже прожила. Продолжения не будет... Тебя подарило мне небо, такого близкого и родного, судьба отняла. Тебя больше нет в моей жизни, меня нет, вообще ни чего нет. Пустота. Вечная, страшная, мерзлая! Холодно, очень холодно. Кровь стынет. Мрак!Раскаленным свинцом ты заполнил каждую клеточку моего тела, а без тебя он быстро застывает. Каменею я... Как жить, дышать как, если липкое облако отчаяния, с каждой секундой все плотнее, сгущается вокруг меня.
Ты ушел, хлопнув дверью, а я так и осталась стоять на месте. Душа рванулась за тобой, немой болезненный вопль умоляет тебя остаться и выслушать, а я так и стою, не в силах пошевелиться. Ноги наливаются неподъемной тяжестью, без исходность диким, ядовитым плющом окутывает меня. Все вокруг умирает, свет меркнет, тишина гробовая. Это любовь? Скажи мне, это любовь? Это то сладкое чувство, о котором пишут поэты..? Осознание того, что ты уже не вернешься, что больше я тебя не увижу, буквально сводит с ума. ДА ЛУЧШЕ БЫ ТЫ УБИЛ МЕНЯ!!!
Вчера ещё в глаза глядел,
А нынче — всё косится в сторону!
Вчера еще до птиц сидел,-
Всё жаворонки нынче — вороны!
Я глупая, а ты умен,
Живой, а я остолбенелая.
О, вопль женщин всех времен:
«Мой милый, что тебе я сделала?!»
И слезы ей — вода, и кровь —
Вода,- в крови, в слезах умылася!
Не мать, а мачеха — Любовь:
Не ждите ни суда, ни милости.
Увозят милых корабли,
Уводит их дорога белая…
И стон стоит вдоль всей земли:
«Мой милый, что тебе я сделала?»
Вчера еще — в ногах лежал!
Равнял с Китайскою державою!
Враз обе рученьки разжал,-
Жизнь выпала — копейкой ржавою!
Детоубийцей на суду
Стою — немилая, несмелая.
Я и в аду тебе скажу:
«Мой милый, что тебе я сделала?»
Спрошу я стул, спрошу кровать:
«За что, за что терплю и бедствую?»
«Отцеловал — колесовать:
Другую целовать»,- ответствуют.
Жить приучил в самом огне,
Сам бросил — в степь заледенелую!
Вот что ты, милый, сделал мне!
Мой милый, что тебе — я сделала?
Всё ведаю — не прекословь!
Вновь зрячая — уж не любовница!
Где отступается Любовь,
Там подступает Смерть-садовница.
Самo — что дерево трясти! —
В срок яблоко спадает спелое…
— За всё, за всё меня прости,
Мой милый,- что тебе я сделала!
М. Цветаева 14 июня 1920г.