Сейчас, когда детвора моя уже подросла, вдруг вспомнилась собственная история из далекого детства. Вот и решила заглянуть я в таинственную таверну «Кано»: здесь можно излить душу, высказаться, не боясь, что осудят и посчитают сумасшедшей...
Уже минуло больше десятка лет с той поры, как мы с подружкой-одноклассницей Галкой дружили, не разлей вода. И каждое жаркое лето родители отправляли нас из душного, пропитанного парами бензина мегаполиса поближе к природе. На парное молочко к бабуле в деревню. Благо, даже бабушки наши соседствовали. И мы с Галинкой ночевали по очереди у наших бабушек. Садовая клубника, потом спелая черешня, яблоки наливные... Беготня по росистой траве. Вечерние посиделки с местными мальчишками, веселые подростковые игры и рыбалка. Ну, а полдня купания в теплой речной водице, - счастью двенадцатилетних девчонок тогда не было предела!
И вот, остались мы на ночь в небольшой коморке при летней кухне. Был там у нас, девчонок, любимый закуток, построенный еще покойным дедом. Крошечная спаленка, предназначенная для внуков. Все строение представляло собой мощный, но компактный деревянный сруб. Кухонька и прилегающая к ней спальня в зной становились спасительным прохладным местом. А в дождливые дни пригревали нас сохранившимся теплом. Рядом притаился старинный колодец. Заброшенный, еще со времен прадеда и прабабки, он уже давно не дарил людям живительной влаги. Но восстановить его или вовсе засыпать как-то руки у родителей не доходили. Ну, а бабушка уж пожилая была, какое ей строительство.
Слышимость в тихой деревенской ночи такая, что различишь, как стрекочут вдали кузнечики и кошка-охотница шебуршится в кустах. Как на ранней утренней зоре кричит в курятнике предводитель домашних пернатых, петух. И поскрипывают таинственно половицы на старом чердаке. Но пока до рассвета еще далеко, и в шелковой, томной ночи мы с подружкой вдруг резко проснулись. За стеной нашего убежища, у самого колодца послышался лязг металлической цепи. К ней раньше крепилось ведро, которое опускали в ледяную колодезную воду.
Дзинь, бряк, лязг... Топ, топ, топ... Туда и обратно. И снова - по кругу. Вокруг колодца мы явственно слышали невесомые детские шажки. Казалось, что малыш играет с цепью и бегает, резвится, озорничает в самый темный полночный час.
- Галка, проснись! Ты слышишь?! - охваченная суеверным ужасом, прошептала я.
- Может, соседское хулиганье снова повадилось за клубникой к нам лазить?
- Там парни взрослые, а это мелкая поступь. Слышишь? Смех, смех-то совсем маленького ребенка!
И так продолжалось из ночи в ночь. Не выдержав напряжения, мы кинулись к взрослым с расспросами. Оказалось, что во времена давние был у бабы Мани братик младший, Митенька, годков трех. Играл, бегал как-то днем у колодца. А мать, замученная хлопотами по хозяйству, засуетилась с делами, не доглядела в ту минуту. Младенец Дмитрий и упал в злосчастную колодезную глубину. Безвинная его душа покинула хрупкое тельце.
И вот, сколько десятков лет минуло - не сосчитать. Но призрак малыша частенько навещал отчий дом и двор. С той поры так и говорили - Митенька к нам приходил. По совету знающих тетушек пошли мы на могилку к мальчику, волею судьбы не познавшему взрослой жизни. Оставили угощение, сладостей всяких для беспокойной души младенца. Примостили огромного плюшевого медведя старого. Пусть поиграет. Бабуля поплакала, погоревала о безвременно ушедшем брате, которого никогда не забывала.
Ты только больше не пугай нас, Митюша, не греми ржавой старой цепью. Покоя тебе и Царствия Небесного!