Найти в Дзене
Анастасия Постригай

Репин — мейнстрим 19 века?

Репин — наше все? В моих представлениях о русском искусстве случился тектонический сдвиг! Виноват Илья Ефимович дорогой. Репин, как и Пушкин, с нами со школы. Это «священная корова» русского искусства. Художник, о котором либо хорошо, либо ничего. Никогда, знаете ли, не встречала человека, который заявил бы: «Репин? Да что в нем такого?!» Мы все знаем, «что в нем такого». Правда жизни. Психологизм. Дух истории. Потрясающая техника. Широта взгляда. Оценку «превосходно» в отношении репинской живописи мы приняли как эстафетную палочку от советских поколений. И несем ее как дорогущий хрусталь — бережно. А что, если нести эту палочку, внимательно оглядываясь по сторонам? А именно — на европейскую живопись второй половины XIX века. Любопытные вещи открываются. Если посмотреть на европейскую живопись XIX века, то Репин встает в ряд таких художников, как, например, Фортуни или Мейсонье... Вам знакомы эти имена? Подозреваю, что не очень. А в свое время они были на волне! А теперь, увы,

Репин — наше все?

В моих представлениях о русском искусстве случился тектонический сдвиг! Виноват Илья Ефимович дорогой.

Илья Репин «Садко» (1876)
Илья Репин «Садко» (1876)

Репин, как и Пушкин, с нами со школы. Это «священная корова» русского искусства. Художник, о котором либо хорошо, либо ничего. Никогда, знаете ли, не встречала человека, который заявил бы: «Репин? Да что в нем такого?!»

Мы все знаем, «что в нем такого». Правда жизни. Психологизм. Дух истории. Потрясающая техника. Широта взгляда.

Оценку «превосходно» в отношении репинской живописи мы приняли как эстафетную палочку от советских поколений. И несем ее как дорогущий хрусталь — бережно.

А что, если нести эту палочку, внимательно оглядываясь по сторонам? А именно — на европейскую живопись второй половины XIX века.

Любопытные вещи открываются.

Илья Репин «Какой простор!» (1903)
Илья Репин «Какой простор!» (1903)

Если посмотреть на европейскую живопись XIX века, то Репин встает в ряд таких художников, как, например, Фортуни или Мейсонье... Вам знакомы эти имена? Подозреваю, что не очень. А в свое время они были на волне! А теперь, увы, пылятся в запасниках.

Мариано Фортуни-и-Карбо «Курильщик опиума» (1869)
Мариано Фортуни-и-Карбо «Курильщик опиума» (1869)
Эрнест Мейсонье «The Philosopher» (1878)
Эрнест Мейсонье «The Philosopher» (1878)

А наш Репин — нет. Для русского искусства он — фигура исключительная, неповторимая. При этом жизнь его была долгой, а живопись глобально не изменилась. Были на его веку и импрессионисты, и модернисты, и авангардисты, а Репин всегда был Репиным.

Не подумайте, что я умаляю репинский авторитет — для меня он непоколебим. Но все-таки это довольно интересно: посмотреть, как наше русское искусство вписывается в контекст искусства мирового. И то, что мы любим всей душой, на Западе может считаться мейнстримом, причем изрядно запылившимся. Это не плохо и не хорошо. Это такое виртуозное следование курсу, без всяких там маргинальных замашек вроде импрессионизма (а в XIX веке их считали именно что маргиналами).

Илья Репин «Автопортрет» (1878), фрагмент
Илья Репин «Автопортрет» (1878), фрагмент

Репин, конечно, — это «наше все». Но только наше, получается?

Ох, скольких нервов мне стоила подготовка к экскурсии в Третьяковке, представляете?! Один из главных музеев страны, главный художник страны, а у меня тут новые горизонты открылись...

Смотрите, что получилось, на youtube! Оставляю ссылку на выпуск здесь.

До конца смотреть — обязательно! там подарок для любителей русского искусства.

Теперь хочу сделать серию постов о том, как русское искусство вписывалось в мировой контекст.

Вам интересно об этом читать?

P.S. На всякий случай напомню, что у слова «мейнстрим» кроме уничижительно-пренебрежительной окраски, популярной в сети, есть еще и вполне нейтральная. Я придерживаюсь второго: для меня мейнстрим — основное направление.