– Правый глаз – единица! – Торжественно провозгласила плотная яркая женщина в белом халате. – Левый глаз – один и два. Поздравляю, у вас почти безупречное зрение! Очки для компьютера брать будете?
Я вышла из закутка в салоне оптики, где любой желающий мог бесплатно проверить зрение. Восторг отличницы, сдавшей экзамен на твердое «отлично» быстро сменился замешательством. Как мое зрение может быть безупречным, если день ото дня я все глубже погружаюсь в слепоту?
Я брела домой сквозь размытый мир разноцветных пятнен. Они, словно деревья в освещенной солнцем рощице, склонялись надо мной со всех сторон. Не могу сказать точно, когда мир начал становиться таким, но сейчас я смотрела на него сквозь белую пелену, как будто выглядывала в окно через любимую бабушкину занавеску.
Дорогу от дома до офиса я хорошо знала по вывескам. Фиолетовая, зеленая, оранжевая, дальше – длинный серый забор железнодорожных путей. Снующие туда-сюда машины казались эфемерными, но были, однако, слишком ярки и шумны, чтобы не заметить одну из них и очутиться под колесами.
Рабочие документы я перечитывала трижды. Буквы сливались в ритмичные полосы строк, одни слова причудливо заменялись другими. Я допускала ошибки, извинялась, и допускала их снова, зачастую, не в силах понять, чего от меня хочет начальник отдела, грузная бухгалтерша или странноватый коллега. Но это было не самое страшное.
Страшны были лица. Я перестала их различать. Все человеческие головы напоминали мне одинаковые болванки с разным цветом волос и глаз, будто серийные куклы. Близких людей я помнила по прическе, комплекции и голосу, незнакомцы же были для меня почти что клонами в разной одежде. Если кто-то окликал меня на улице или на работе, я отвечала, не оборачиваясь – лицо собеседника постепенно потеряло для меня смысл в диалоге.
Стоя у входной двери квартиры, я чувствовала, как время течет сквозь меня. Оно утекало сквозь пальцы, касалось волос, нежно обтекало щёки, купая меня в мутном и тёплом киселе действительности. Дверь открылась, и уже через минуту я вдыхала горячий пар из любимой кружки. В кухне пахло свежим чаем, кошачьими консервами и мамиными духами. Я пересказывала сегодняшний день, не упустив возможности похвастаться успехами у окулиста.
- Может, сделаешь МРТ? Вдруг у тебя случился микроинсульт, или что-то подобное. Съешь печеньку. – мама суетилась на кухне, распространяя вокруг себя облако диоровской «Черной магии». Я смотрела на печенье, и не понимала, что мне нужно с ним сделать. Выпечка выглядела бутафорской, идея откусить и проглотить кусочек звучала в моей голове как-то бессмысленно.
- А что говорит твой доктор?
- Я поссорилась с доктором и больше не хожу к нему.
- А лекарства?
- Нет больше лекарств. Они закончились, рецепты тоже.
В этот момент я поняла, что устала. Устала так немыслимо колоссально, что не было сил даже на мысли. В голове перекатывался тугой комочек, отстукивая в висках ритм сердца. На стене тикали часы, за окном шумела береза, визгливо кричали играющие во дворе дети. Я опустила голову на обеденный стол и закрыла глаза. Мир растекался бескрайним океаном, и по этому океану огромным крейсером неслось неумолимое и неподвластное время. Я пыталась вслушаться в шум соленых волн, но их заглушало тиканье кухонных часов.
- Не лежи на столе, иди уже умойся и ляг в постель.
- Угу.
Мамин голос вернул меня в реальность. Стиснув зубы, я подняла свое каменное тело и скрылась от нарочито-звонкого голоса за дверью ванной комнаты.
Если вы интересуетесь психологией, подписывайтесь на канал Нейролептик. У нас есть полезные статьи, советы, рассказы и просто общение. Присоединяйтесь!