Считается, что в патологоанатомы идут люди с железными нервами, а в детские — и подавно. Впрочем, обстановку в провинциальном морге трудно назвать пугающей. Работают здесь в основном женщины, большинство из них занимаются этим всю жизнь. На кухне пахнет свежеприготовленным обедом, а сотрудницы вместо белых медицинских халатов носят цветные. Будни детского патологоанатома республиканской больницы города Элисты — в галерее «Ленты.ру».
Галине Горяевне 65 лет, она работает патологоанатомом большую часть жизни. Начинала как врач-фтизиатр, но после того, как на ее глазах умер пациент, решила переквалифицироваться.
«Я сама его привезла в морг, да так там и осталась. Мне было тогда 28 лет, и это был первый случай смерти на моих глазах. Мне было так тяжело, что я даже не могла сделать обычный обход больных. К человеку, которого долго лечишь, привязываешься как к родному. Ты к нему заходишь каждый день, обихаживаешь как маленького, помогаешь делать простые действия, которые он сам сделать не состоянии. А тут такое — смерть!» — рассказывает она.
Галина утверждает, что патологоанатомия была одной из ее любимых дисциплин в студенческие годы, хотя она все же мечтала стать педиатром. «Так получилось, что профессиональный интерес к педиатрии нашел выражение в детской патологоанатомии. Эта специальность считалась непрестижной и не приносящей большого дохода, что лишало амбиций. Такую работу действительно любить надо, иначе не сможешь», — добавляет врач.
Вопреки распространенному мнению, в морге работают в первую очередь с живыми людьми. Большую часть времени Галина Горяевна изучает образцы биопсии при помощи микроскопа и ставит диагнозы. Что же касается вскрытий, то за последний год их было всего девять.
Молодые врачи не стремятся стать патологоанатомами. В больнице катастрофически не хватает сотрудников. Ситуация с оборудованием тоже плачевная. «У нас нет самого необходимого, — поясняет Галина Горяевна, — Мне даже микроскоп не выделили. Уже четыре года работаю на своем личном, давно устаревшем».
Большую часть рабочего дня сотрудницы морга работают с операционным материалом и вносят данные в специальные таблицы.
Калмыкия — буддийская республика. Галина Горяевна верит в реинкарнацию. «Я уверена, что все просто так не заканчивается. Душа должна куда-то уходить. Все циклично, развивается по спирали. За смертью следует жизнь, а за жизнью — смерть», — объясняет она.
Галина Горяевна любит готовить, делает заготовки. В обеденный перерыв в морге принято пить чай с домашним вареньем. Например, абрикосовым.
«А это — чтоб мертвые пешком ходили!» — говорит патологоанатом, показывая на пристроенную доску для заезда носилок.
«Жить надо так, чтобы на душе тепло было, — говорит Галина. — И улыбаться чаще, ведь времени у нас мало».
На выходные часто приезжают внучки. Сейчас семья Галины, как она всегда хотела, живет недалеко от центрального хурула — крупнейшего буддийского храма республики.
Рисунок старшей внучки Анны-Марии, ей семь лет. Такой девочка видит свою бабушку на работе. На вопрос, чем та занимается, с уверенностью отвечает: «Смотрит в микроскоп».
Десять лет Галина Горяевна проработала в Москве, но вернулась в Калмыкию, так как привязана к этому месту.