Третья Виртуальность
Карлсон
Привет.
С учетом прошедшего после моего рождения времени, живу я теперь в роскошном пентхаузе, что правда не повлияло ни на мою любовь к варенью, подаркам и проказам ни на мой возраст, я по прежнему в самом расцвете сил.
Рад приветствовать местных обитателей. Эх и повеселимся же мы :))
Тут никто часом плюшки не зажал? А то я рад с пылесосом в гости зайти, заодно опустошим пару банок варенья под хорошую (вашу естественно) закуску.
Если есть бесхозная ФрекенБок, вы ее не гоните, погоняем вместе, с радостным улюлюканьем. :)
Карлсон.
Да, и предлагаю кадр убрать, чтобы Голосу было не за чем прятаться.
И выдать наконец несчастному Артемону пару болонок, не забыв снабдить их блохами восьмого поколения дабы Семьям не обидно было :)))
Заодно вопрос Бабасыке, а зачем было царя то убивать?
Театральный анекдот:
"Бесприданница" Островского. Премьера, первый спектакль. По спектаклю Карандышев отговаривает текст: "Так не доставайся же ты никому" и стреляет в Ларису из пистолета, Лариса падает. А выстрел обеспечивался в то время как, реквизитор за кулисами, на реплику, бьет молотком по специальной гильзе, гильза бухает - Лариса падает.
Премьера, ля ля тополя, "Так не доставайся же ты никому", наводит пистолет, у этого за кулисами осечка, выстрела нет. Актер: "Так вот умри ж! " перезаряжает, наводит пистолет второй раз, за кулисами вторая осечка. Карандышев перезаряжает в третий раз: "Я убью тебя!", третья осечка. Лариса стоит.
Вдруг из зала крик: "Гранатой ее глуши! "
Занавес, спектакль сорвался, зрителям вернули деньги.
Режиссер час бегал по театру за реквизитором, с криком: "Убью, сволочь!!!
На следующий день, вечером, опять "Бесприданница", с утра разбор вчерашнего полета: мат-перемат, все на реквизитора катят, тот оправдывается: "Но ведь не я гильзы делал, ну сырые в партии попались, но много же народу рядом, видите же, что происходит, можно же помочь, там у суфлера пьеса под рукой: шмякнул ей об стол, все оно какой-никакой выстрел, монтировщик там доской врезал обо что-нибудь, осветитель лампочку мог разбить, ну любой резкий звук, она бы поняла, что это выстрел и упала бы".
Вечером спектакль, все нормально, доходит до смерти Ларисы, Карандышев:
"Так не доставайся же ты никому!", наводит пистолет, у реквизитора опять осечка.
Вдруг с паузой в секунду, из разных концов за кулисами раздается неимоверный грохот: суфлер лупит пьесой об стол, монты - молотками по железу, осветитель бьет лампочку.
Лариса явно не понимает, что это выстрел, ибо на выстрел эта беда никак не походит, и продолжает стоять.
Из зала крик: "Тебе ж вчера сказали, гранатой ее глуши! "
Афиша Виртуального Театра