Чайки ловили рыбу. Бросались с высоты прямо в волны, подныривали, хватали рыбешку, а затем взлетали, и все повторялось снова. Кое-кто, уже отяжелев, болтался в воде, как пухлый белый поплавок. А кое-кто недовольно вопил, вот уже в который раз оставаясь ни с чем. Прибой шептал. С мерным урчанием облизывал песчаный берез пляжа, накатывал и уносил пенные волны. По воде с брызгами и хохотом носились дети, восторженно вопили мальчишки, прыгая на глубину с волнореза.
Я искала Джонатана Левингстона взглядом. И читала одним глазом что-то о кольчатых червях. Рядом на подстилке лежала смуглая, черноволосая подруга. Ей не нужно было загорать, чтобы хвастаться бронзой кожей. Она тоже что-то читала, и любопытный ветер теребил уголки страниц, чтобы заглянуть в книжку самому. Две минуты… пять…
– Мо-о-роженое!
Голос продавщицы прозвучал, как команда. Брошюрки тут же улетели в сторону, да так и остались лежать, придавленные вещами, до самого конца. Есть мороженое, купаться, хрустеть сухариками, болтать обо всем на свете было гораздо интересней. Экзаменационный мандраж окрашивал маленькие удовольствия в кислотно-тревожные цвета.
Был май месяц, на носу висел первый экзамен.
– Ты семнадцатый билет учила?
– Нет еще. А что там?
Я закатила глаза.
– Там пропись латинских проклятий! Некрономикон без перевода! Там об слова кости в языке переломать можно! Хоть бы не попался…
– Ага, хоть бы…
Прибой шептал. Голосили чайки. Солнце гладило кожу далеко не нежными лучами. На следующий день я, конечно, была красная, как Чингачгук с блестящим от крема носом. Экзамен неумолимо приближался…
Спустя месяц мы так же придем на пляж, окунемся в соленые волны, купим сочной кукурузы. Пробежимся по недостроенному двору, где работал папа подруги. Прыгнем в бассейн с пресной терпкой водой. Сыграем в бадминтон. Я возьму у подруги почитать книжку со страшилками, но возвращать буду ее уже не ей, а грустной бабушке. Ее небольшая поездка в другую страну затянется…
Но в тот день… В день экзамена мы стояли у дверей кабинета биологии, шутили, приплясывали от нервов. Из общих фраз рождался небольшой криминальный рассказ:
«Сегодня ночью произошло дерзкое ограбление! – гласило в статье еженедельной газеты. – Группа неизвестных под покровом тьмы ворвалась в комплекс «Тысяча мелочей» и вынесла книги на N-ную сумму. Пострадали отделы фантастики, детективов и учебной литературы. С полок пропали сборники ответов к экзаменам. Личности грабителей установить не удалось. По предварительным данным сигнализация была отключена, охранник ничего не заметил. Расследование продолжается…
Смуглая девушка закончила читать и дала волю злорадному смеху.
– Ха! Да мы в истории! – задорно отозвалась вторая девушка с непослушными пышными волосами и бросила взгляд на полки. Там стопками лежали новенькие книги. Детективы, фантастика. И, конечно, учебка».
– Следующая группа! Заходите!
Я с нервным вздохом убрала брошюрку, которую все время теребила в руках, и перешагнула порог. Знакомый кабинет преобразился, стал чужим и очень неприветливым. Расставленные в шахматном порядке столы, дрожащие на стульях ученики, растения в кадках, аквариум с желтыми жабками – все это только работало на образ Ужасной и Всемогущей комиссии. Я протянула руку к столу за билетами. Взяла, не глядя, лишь бы не затягивать. Перевернула листик. Семнадцатый!
