Фашист, анархист, любитель парадокса и скандалист Курцио Малапарте приезжает в 1929 году в Москву, чтобы собственными глазами увидеть вблизи героев Октябрьской революции — бравый коммунистический пролетариат, но вместо этого встречает советских бояр, погрязших в «эстетстве» и «буржуазном нарциссизме». По итогам поездки Курцио пишет фантасмагорический роман в стиле документального тревелога, в котором рассуждает о разложении советской элиты и обслуживающей ее интеллигенции.
Представители советского Олимпа у Малапарте восхищаются старушкой Европой, носят брендовые шмотки из Парижа, ожерелья от Картье, любят посещать балы и оперы, заказывают из Лондона теннисные мячи, да и в целом ведут себя не скромнее монаршей знати. Разбогатевшие мещанки, нэпманы, спекулянты, чиновники и их любовницы, балерины и дипломаты ведут праздный образ жизни, скупая у бывших дворян остатки роскоши, а въедливый итальянский писатель язвительно протоколирует весь этот быт.
«Бал в Кремле» богат литературными ассоциациями и едкими ремарками. Малапарте цинично насмехается над своими героями. Гаденько помечтовывает, например, как с жены наркома просвещения мадам Луначарской срывают украшения и шубу, чтобы после этого отправить ее агитировать рабочих где-нибудь на окраине столицы. Вместо вышедших из простого люда атлантов Малапарте с сожалением находит в Москве 1929-го чванливых и вульгарных представителей новой советской власти.
Наивные ожидания итальянского туриста можно было понять. Советская властная верхушка еще не успела окончательно превратиться в загон для вырождения, сам Советский Союз еще не до конца успел превратиться в загон для издевательства над человеком, а Кремль и древняя столица России, как и всегда, выглядели центром чего-то большого и необъятного.
В тексте вы найдете впечатления о променаде по московскому кладбищу, беседы с Булгаковым и Маяковским, троллинг христианства, Ленина с подтраченным мышами ухом, экскурсию по Смоленскому рынку, где бывшие дворяне продают предметы интерьера и исподнее. Уже тогда, после своего непродолжительного визита в город, Малапарте сумел верно предсказать судьбу большинства из своих собеседников — к стенке.
Большинство героев романа к моменту издания книги умерли, покончили с собой или были расстреляны, поэтому некому было подтвердить или опровергнуть слова писателя.
Курцио, кстати, оставил свой след в русской литературе — в «Мастере и Маргарите» подозрительный иностранец, говорящий о Христе, появляется не случайно. Концепция Бога вообще является излюбленной темой. А некрофильские измышления — фирменный стиль Курицио. Роман о встрече со своей умирающей матерью он, например, назвал «Гнилая мама».
Малапарте учился в том же колледже, где в свое время учился д’Аннунцио — создатель поэтической республики Фиуме и один из духовных учителей Муссолини. Увлекшись фашизмом, он все же не смог держать язык за зубами и часто в переписке критиковал вождей фашистского правительства. Его отправили в ссылку на остров Липари. Ссылка мало отличалась от санаторного отдыха: там его могла посещать женщина, у него была собака. Вскоре его отправляют в другую «ссылку» — в город на побережье Форте-деи-Марми, знаменитый курортный центр. Там он вскоре покупает себе прекрасную виллу, встречается со вдовой сына владельца ФИАТа и приводит в порядок записи о своем московском путешествии (сам роман был впервые издан только в 1971 году).
Девизом Малапарте было - «главное, чтобы об этом говорили». И благодаря «Балу в Кремле» этот девиз успешно воплощается в жизнь. Потому что не говорить о романе просто невозможно. Думаю, эту книгу надо непременно экранизировать, получится нечто такое же смешное и едкое как «Смерть Сталина», но еще и с экзистенциальным подтекстом.