The courtyard of St Bartholomew’s Hospital in London by Thomas Hosmer Shepherd
Я заметил инспектора Джонса, когда наш кэб притормозил перед аркой, ведущей во двор Бартса. Инспектор предусмотрительно остановился, чтобы брызги грязи из-под колес кэба не замарали его штаны, и я потерял его из виду, потому что экипаж проехал во двор.
— Вон к тем дверям, — указал я кэбмену.
— Ну так и сказали бы, что вам к мертвецкой, сэр, — проворчал тот, останавливая кэб у больничного морга.
Мы с мистером Холмсом покинули экипаж, я расплатился и оглянулся. Инспектор, похоже, направлялся сюда же, но мы не стали его ждать, а вошли в помещение. В коридоре нам встретился доктор Лютер Холден с несколькими студентами Медицинской школы, которым собирался дать урок анатомии.
Luther Holden. Lithograph by T. H. Maguire, 1858.
— У нас сегодня есть криминальный труп, — сказал мне доктор Холден после того, как мы обменялись приветствиями. — Убийство, как вы любите. Себе я возьму банальный сердечный приступ, а вон на том столе, — мы уже вошли в покойницкую, и доктор Холден указал на лежащее в дальнем конце помещения женское тело, — любопытный случай остеита, доктор Пэджет просил оставить для него.
Я сходил вместе с ним полюбоваться остеитом. Молодежь подтянулась за нами.
— Из цирка уродов, что ли? — поинтересовался я, разглядывая изувеченное болезнью тело.
— Швея из Уайтчепеля, — объяснил доктор Холден. — Умерла от горлового кровотечения, вызванного туберкулезом. Хотите поприсутствовать при вскрытии?
Я покачал головой:
— Нет, мне бы чего попроще. Уникумы мне не интересны. Вот убийство — самое то. Добрый день, инспектор, — обратился я к Джонсу, появившемуся в дверях. — Вы насчет этого красавца? — я показал на предназначенное мне для вскрытия тело.
— Добрый день, господа, — проговорил инспектор, и подошел посмотреть на лицо трупа. — Да нет, в общем-то. Неизвестный, свидетелей убийства нет, где убийцу искать — непонятно... Типичный висяк. Был бы покойник не нищим забулдыгой — постарались бы опознать, а оттуда уже ниточку раскручивать, а так... — он меланхолично пожал плечами. — Я больше из-за этого, — он показал на «сердечный приступ». — Вот что-то мне не верится, что у Хоба Джонса сердечко было больное.
— Родственник? — осведомился я.
— Благодарение богу, нет! — отрекся от родства Джонс.
Доктор Холден поднял со стола стопку бумаг, перелистнул и прочитал вслух:
— Уильям Джонс, слесарь, найден мертвым на улице.
— Ага, — подтвердил инспектор. — В нескольких шагах от этого, — он ткнул пальцем в «мой» труп.
— Их нашли вместе? — заинтересовался я. — Ну-ка, инспектор, расскажите подробнее.
— Сначала нашли этого, — инспектор показал на убитого. — Он лежал перед входом в проулочек. А когда заглянули в проулочек, тогда Хоба и увидели. Вроде как он шел себе из любимого паба домой, увидал новопреставленного в луже крови да так испугался, что от испуга богу душу и отдал.
— А вы в это не верите?
— Не тот человек. Вот если его по голове чем тяжелым приложили — это больше на истину похоже. Но я посмотрел — вроде нету ни шишки, ни ссадины. Может, вы что-нибудь углядите.
— Тогда вам, Маклауд, и карты в руки, — решил Холден. — Раз есть такие сомнения, урок анатомии подождет.
Он тут же дал задание ученикам делать зарисовки фрагментов остеитной швеи, чуть было не припряг туда же и мистера Холмса, но тот отбился, заявив что пришел со мной, а последнему из студентов Холден приказал:
— А вы, Тилсон, записывайте ход исследования.
Тем временем инспектор сообщил мне краткие сведения об однофамильце. Уильям Джонс и впрямь был слесарем, но основные доходы получал от редкой специализации: умел вскрывать любые дверные замки и чуть ли не любые сейфы, причем просочиться к заветному сейфу ухитрялся настолько ловко, что прозвище Хоб получил недаром. Понятное дело, при такой профессии иметь слабое пугливое сердце — непозволительная роскошь, так что сомнения инспектора были обоснованы.
Я надел плотный фартук и нарукавники, чтобы ненароком не испачкать одежду и приступил.
— Исследование производится с целью установить причину смерти Уильяма Джонса, найденного на улице... это вы потом у инспектора уточните, где и когда он был найден, — сказал я Тилсону. — Тело лежит на спине и принадлежит мужчине в возрасте... от сорока до пятидесяти, — прикинул я на глазок. — Видимых уродств и повреждений не наблюдается. Есть несколько старых, давно заживших шрамов на руках... скорее от инструментов, как вы думаете, коллега?.. связанных с профессией покойного. Следов драки или избиения — нет. На бедре — гематома размером с куриное яйцо, не свежая, уже с заметной желтизной... скорее всего об угол стола приложился... опасности для здоровья и жизни не представляет.
Я прошелся взглядом до ступней с застарелыми мозолями и ничего настораживающего не заметил. Если Джонса и убили, то ниже пояса причину смерти искать было, пожалуй, бесполезно. Значит, ищем выше пояса.
— Шея... Следов от веревки, провода и тому подобных удавок — не наблюдается. Следов от захвата шеи руками — не наблюдается. Шейные позвонки, скорее, не сломаны, подробнее проверим, когда тело перевернем. Челюсти... последние дни по нижней части лица покойного не били. Свежих сколов зубов — не наблюдается.
— Отравление... — как бы про себя поразмыслил Холден.
— Разве что джином, — пробормотал я. — Кроме запаха джина, никаких химических или подозрительных запахов изо рта не наблюдается.
После того, как я внимательно рассмотрел заметно поредевшую шевелюру покойника, тело перевернули. Здесь тоже не было никаких видимых повреждений кожи и ранений. Шейные, да и прочие позвонки были в полном порядке.
— Значит, все-таки от сердца помер? — уточнил инспектор.
— Мы еще не приступили к вскрытию, — ободряюще молвил Холден. — Ну что, переворачиваем и начинаем? — спросил он меня.
— Погодите, — попросил я, присматриваясь к одной родинке на шедро усыпанной родимыми пятнами разных цветов спине покойника. Взял более-менее чистый кусок ветоши, плюнул на него и с нажимом провел по родинке. — Вот оно! — на ветоши остались буроватые пятна. — Шило... Стилет, может быть. А может, и вязальная спица. В обшем, тонкое орудие, уколовшее прямо в сердце. Настолько тонкое, что когда спицу выдернули, края раны плотно сомкнулись и кровотечение остановилось... Так что поищите вокруг места происшествия шило или спицу, инспектор. Вряд ли найдете, конечно — нормальные люди хороший инструмент не выбрасывают.
Отрывок из нашей новой книги "Доктор Маклауд и мистер Холмс"