Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Диана Кан

Суворов против Пугачёва, или Метафизика патриотизма

О патриотизме не говорит сегодня только немой. А уж нашего брата-писателя, хлебом не корми, а дай поразмыслить на темы исторических перепетий. Думаю, профессиональные историки не в восторге от такой нашей активности, когда вместо того, чтобы сеять разумное, доброе, вечное на поле художественной литературы, мы пасёмся на их профделянке. Но в душе каждого поэта-прозаика (о публицистах уж вовсе помолчу!) историк отнюдь не дремлет и дремать не собирается. А патриотизм дело непростое и даже метафизическое. Кто-то считает последнего русского императора единственно возможным патриотом, клеймя при этом «зверя» Сталина. Другие патриоты, напротив, признают истинным патриотом именно Сталина, а Николая Второго считают слабаком на грани предательства… Вобщем, страсти кипят и, пока, похоже, перекипать в некий, хотя бы относительный, эквивалент не собираются. Что далеко ходить? Как то, ещё живя в браке с поэтом Евгением Семичевым и по нашему тогдашнему утреннему обыкновению разговаривая вприхлё

О патриотизме не говорит сегодня только немой. А уж нашего брата-писателя, хлебом не корми, а дай поразмыслить на темы исторических перепетий. Думаю, профессиональные историки не в восторге от такой нашей активности, когда вместо того, чтобы сеять разумное, доброе, вечное на поле художественной литературы, мы пасёмся на их профделянке. Но в душе каждого поэта-прозаика (о публицистах уж вовсе помолчу!) историк отнюдь не дремлет и дремать не собирается. А патриотизм дело непростое и даже метафизическое. Кто-то считает последнего русского императора единственно возможным патриотом, клеймя при этом «зверя» Сталина. Другие патриоты, напротив, признают истинным патриотом именно Сталина, а Николая Второго считают слабаком на грани предательства… Вобщем, страсти кипят и, пока, похоже, перекипать в некий, хотя бы относительный, эквивалент не собираются.

Что далеко ходить? Как то, ещё живя в браке с поэтом Евгением Семичевым и по нашему тогдашнему утреннему обыкновению разговаривая вприхлёб закофе о судьбах Отечества, мы тоже, как и полагается патриотам, заспорили на повышенных тонах опатриотизме. Не помню уж, кто и что конкретно явилсяобъектом наших разногласий. Но доселе памятна фраза, которую выдал Семичев, разом прекратив спор и дав мне повод для размышлений. Спросил: «Емелька Пугачёв, по-твоему, патриот?». Я ответила: «Ну разумеется, он ведь фактически умер, желая сделать народ хоть чуточку счастливее». Тогда Семичев задал ещё вопрос: «А генералиссимус Суворов, по-твоему патриот России?». «Ну разумеется, - ответила я, - Что опилки-то пилить?». «А вот тогда объясни мне, почему один патриот другого патриота в железной клетке конвоирует на казнь? Когда ты мне это объяснишь, вернёмся к разговору!».

…И тут предо мной въяве-вживе в памяти встал огромный помпезный баннер, что я незадолго до этого увидела в Пестравском районе Самарской области, куда была приглашена на фестиваль. Баннер гордо вещал, что именно через село Мосты Пестравского района будущий генералиссимус Суворов этапировал Емельяна Пугачёва к месту казни в столицу. Помнится, я тогда была шокирована: «Нашли чем гордиться!». Потом призадумалась: этапировал-то не абы кто, а сам Суворов! Кстати, чётко выверенная историческая наука советского периода и советские учебники по истории, весьма детально освещая народные восстания, как-то тактично умалчивали, что народного заступника Емельяна (а именно так однозначно позиционировался во времена СССР Пугачёв!), грубо говоря, «повязал» такой уважаемый человек, как Суворов. Баннер вдруг открыл предо мной историческую деталь, которая заставляла по-новому взглянуть на прошлое России.

Собственно, раз уж речь зашла о Пугачёве и Суворове, надобно уточниться, что заслуга поимки Емельяна Ивановича Пугачёва принадлежала на 98 процентов Иоганну Иоганновичу Михельсону, русскому барону немецкого происхождения, талантливому военному деятелю. Но, видимо, премудрая немка-императрица Екатерина Великая учла, что пленение русского народного заступника немецким бароном да ещё в царствование императрицы-немки может стать тушением пожара керосином. И попросила всенародного любимца Суворова этапировать загнанного в угол Михельсоном Пугачёва. Премудрая была женщинанаша царица! И, думается, Суворов проделал эту не вполне однозначную для него, военного человека, работу отнюдь не за будущие монаршии преференции. А потому, что понимал – так будет лучше дляроссийской государственности. Думается также, что барон Михельсон также не был в восторге от того, что он выполнил главную часть работы, а пожинать плоды его трудов назначен Суворов. Но немец Михельсон был верноподданный России (и тоже патриотом!). Да и впоследствии императрица достойноотблагодарила его, сделав генерал-губернатором одной из западных областей Российской Империи. Почему Емельяна Пугачёва, прославившего Оренбургский край, этапировали через Пестравский район? А потому, что именно в этих местах, на берегах реки Иргиз, в одном из старообрядческих скитов Емельян и был пленён. Самарские краеведы поговаривают, что Сергей Есенин, когда по примеру Пушкина заинтересовался личностью Емельки Пугача, планировал приехать в Пестравский район, чтобы воочию увидеть места пленения народного героя Емельки. Пушкин ездил по Пугачёвским местам в Оренбург и Уральск, а Есенин, видимо, хотел увидеть место, где была поставлена точка эпохального восстания.

Итак, почему патриот Суворов помог уничтожить патриота Пугачёва? Может, имеет смысл задать этот вопрос поэтам? Тому же Пушкину, который в данном случае одновременно является историком, глубоко изучавшим «пугачёвщину»: «Весь чёрный народ был за Пугачёва. Духовенство ему доброжелательствовало. Одно дворянство было на стороне правительства…». Или дать себе удовольствие процитировать гениальное стихотворение Юрия Кузнецова, которое осмысливающее пугачёвский феномен отнюдь не с земных позиций.

ЮРИЙ КУЗНЕЦОВ

Не поминай про Стеньку Разина

И про Емельку Пугача.

На то дороженька заказана

И не поставлена свеча.

Была погодушка недоброю,

Ты наломал немало дров.

И намахался ты оглоблею

Посереди родных дворов.

Уж нет дворов - одни растения,

Как будто ты в краю чужом

Живешь, и мерзость запустения

Разит невидимым козлом.

Куда ты дел мотор, орясина?

Аль снес за четверть первача?

И все поешь про Стеньку Разина

И про Емельку Пугача.

Трудись, душа ты окаянная!

Чтобы когда-нибудь потом

Свеча горела поминальная

Во граде Китеже святом

Окаянность и покаянность – вот авеср-ревес той медали, на которой начертано «Патриотизм». Ведьнаша жизнь, и патриотизм в том числе, априори противоречивы и метафизичны. И именно в этой противоречивости кроется истина. Проиллюстрируюсь историческими примерами. Каждый час правления «любителя выпить» Уинстона Черчилля приближал Британию к величию. Но каждый час правления «любителя выпить» Бориса Ельцина приближал Россию к краху? То есть и выпивать, и заниматься патриотизмом можно по-разному!

Россия была великой страной, с которой считались в мире, именно в те эпохи, когда понятия чести и любви к Родине в среде элиты были незыблемы. Настолько, что царь был даже вынужден запретить дуэли, поняв, что золотой кадровый резерв фактически во многомзанят самоуничтожением. Запретить-то царь-батюшка дуэли запретил, но понятия чести упразднить было не в его власти. Просто дуэли стали тайными. Оба наши великих поэта – Пушкин и Лермонтов – стали фактически заложниками чести в дуэльном формате. Но, по сути, дуэль была приметой элитарности! Как сказал один дворянин купцу: «Я не могу оскорбить вас, потомучто вы же даже не сможете потребовать сатисфакции через дуэль». То есть элитарное право дуэли на купеческое сословие не распространялось.

В военное время, конечно, в стволах Лепажа пули дремали куда чаще, ибо было не до выяснений меж собой: речь шла о судьбе Отечества! То есть любовь к Родине, пресловутый патриотизм, брал верх даже над понятиями сословной чести, по сути становясь фундаментальным понятием в жизни каждого русского человека.

А личность Емельяна Пугачёва исконно была едва ли не центром внимания практически всех поэтов, начиная с Пушкина. Выше я уже процитировала стихотворение своего учителя, великого русского поэта ХХ века Юрия Поликарповича Кузнецова. А к нему хочу присовокупить своё стихотворение, написанное в 90ые годы.

****

В часы унынья, грусти и печали

Отчизны воздух горестно горчит.

И Бог, трусливым преданный молчаньем,

С иконы укоризненно глядит.

«В терпении стяжите души ваши…»

Терпенья на Руси не занимать –

Мгновений воли, гнева и бесстрашья

Веками вожделенно выжидать.

От Стеньки до Емельки Пугачёва

В разбойных песнях грусть-тоску беречь…

Да не осудит таковое слово

Принесший нам с небес не мир, но – меч!

Среди спалённых удалью раздолий

Промеж идущих с тесаками в ночь,

Презрен, кто не до пугачёвской ВОЛИ,

А лишь до кладов Разина охоч.

Кстати, в Саратовской области есть город, названный в честь Емельяна Ивановича - Пугачёв. Город находится совсем рядом с той рекой Иргиз Пестравского района Самарской области, где был пленён в одном из старообрядческих скитов Емельян Иванович… Написала этот материал уже год с лишним назад, его опубликовали многие известные литературные журналы современное России. И надо бы уже мне для себя закрыть пугачёвскую тему. Но тайна судьбы Емельяна Пугачёва почему-то не отпускает меня! Последнее время занимает меня вопрос – а где находится могила Пугачёва? Что сталось с его потомками? Ведь генетика, как бы нам ни внушали раньше «про продажную девку империальЗЬма», весь объективная вещь… Но это уже другой разговор. И тема других моих эссе пугачёвской темы…

Диана Кан

фото

-2
-3
-4
-5
-6
-7