Будни галериста — это не только высокое искусство и тяжелый труд, но и масса удивительных курьезов, которые то и дело случаются в повседневной околохудожественной практике. Какие нелепые ситуации заставили улыбнуться даже самых серьезных акул из мира арт-бизнеса, читайте в этом материале. Мы попросили коллег рассказать свои забавные истории, а сами можем констатировать тот факт, что самым веселым событием галереи Anna Nova, несмотря на всю серьезность названия, была перформативная конференция «Современное искусство в политическом контексте: вопросы этики и эстетики».
Anna Nova Gallery
Первая конференция в новом формате, продолжающая традиции курехинской «Поп-механики», состоялась в галерее Anna Nova в рамках параллельной программы Manifesta 10. Как признается ее организатор, а ныне PR-директор галереи Anna Nova Саша Карпова, в самом процессе подготовки события не было ничего веселого, ей даже пришлось просить психоаналитической помощи у Виктора Мазина (единственного психоаналитика в России, чьи тексты переведены на родной язык основателя психоанализа Зигмунда Фрейда. — Прим. ред.), чтобы выстоять в нелегком сражении за проведение мероприятия, которое то и дело рисковало сорваться в небытие.
Несмотря на противодействие темных сил, конференция, носившая название «Современное искусство в политическом контексте: вопросы этики и эстетики» и представляющая собой синтез научной дискуссии и перформанса, состоялась. Гости, кому посчастливилось присутствовать на этом историческом событии, оказались не только свидетелями острой полемики, в которой принимали участие философ Александр Секацкий, галерист Ханс Кнолль, куратор Публичной программы Manifesta 10 Иоанна Варша и художник Сергей Бугаев Африка, но и соучастниками съемок фильма Павла Пепперштейна, наглядно продемонстрировавшего таким образом свою концепцию дабл-юзинга.
Действие конференции происходило на выставке Влада Кулькова и Марьи Дмитриевой ZOAS records, научным консультантом которой был профессор Куликов. Ученый принимал непосредственное участие в перформансе во время дискуссии, производя действия с пробирками загадочного характера. До сих пор остается неведомым, действительно ли был зафиксирован произведенный им публичный факт мочеиспускания в одну из емкостей или произошел коллективный галлюциноз с подобным сюжетом, но даже спустя пять лет после тех событий некоторые очевидцы ведут ярые споры по этому вопросу.
Ханс Кноль
Hans Knoll Gallery
Один австрийский художник привез в Россию большую абстрактную картину для групповой выставки. Когда я был в Москве, он позвонил мне и попросил при первой же возможности привезти эту картину обратно в Вену. Хорошо, но как пронести ее через таможню без документов? Прямо перед таможенным контролем меня осенило — я решил сыграть дурака! Таможенник, конечно же, первым делом спросил, что за негабаритный груз у меня с собой. Мне пришлось показать ему картину, при этом я без конца повторял по-русски слово «диван», изображая то, как буду на нем сидеть, а надо мной будет висеть эта красочная работа. Спустя некоторое время после моего перформанса таможенник посмотрел на меня с неприязнью и лишь показал жестом: проваливай! Вот так без документов и без проблем я провез картину через таможню.
Лиза Савина
Куратор платформы Smart Urban
Еще в бытность AL Gallery мы работали с абстракционистом Алексеем Чистяковым. У него была серия работ невероятной красоты и поэзии, многослойные абстракции, такие коричнево-рыжие с фактурами, очень большие. Однажды какой-то суперснежной зимой, когда сначала все занесло, потом замерзло, а потом очень растаяло, образовался на всю эту серию покупатель. И мы приготовили эти работы к отправке. Вызвали грузчиков, которые как-то внезапно приехали раньше, когда работы были еще не упакованы. А, надо сказать, это было в пространстве на Фонтанке, где один зал был совершенно белым кубом, а второй, площадью 100 квадратных метров, был сделан как супернавороченный лофт: с кирпичными стенами, кусками штукатурки и даже, по-моему, каких-то обоев по углам, ну и с арматурой под всякие сложные монтажи. Мы этим залом страшно гордились, а эти абстракции в нем смотрелись очень органично и, что уж там, прямо модно. Приходят грузчики, смотрят на нас (а мы любуемся на картины на фоне кирпичной стены с упаковкой в руках) и жалостливо так спрашивают: «У вас что, тоже протечка была?»
Маргарита Пушкина
Cosmoscow Fair
Ярмарка современного искусства, тем более такая масштабная, как Cosmoscow, — это всегда тщательное планирование. Настолько тщательное, что планируются даже курьезы. В сентябре 2018 года в рамках ярмарки проходил перформанс «Мне фиолетово» группы ТАЭТ Vremya. Но дело в том, что об этом знали только я и куратор Алексей Масляев. Надо было видеть лица сотрудников нашего офиса и гостей ярмарки, когда в Гостином дворе среди простых посетителей начала ходить группа молодых людей в обтягивающих фиолетовых костюмах, которые смешались с толпой и с интересом осматривали стенды галерей, при том что их лица и глаза закрывали фиолетовые маски. Но замешательство и недоумение быстро сменились неподдельным интересом, и очень скоро фиолетовые человечки стали всеобщими любимцами, в особенности — детей.
Марина Гисич
Marina Gisich Gallery
За восемнадцать лет существования Галереи Марины Гисич в ней было представлено около ста проектов, и каждый раз это была долгая, кропотливая работа и тщательный отбор произведений искусства. Правда, несколько раз в ее истории случались и форс-мажоры. Например, во время подготовки проекта Петра Белого команда долго вела дебаты по поводу названия выставки, в качестве которого художник предлагал слово «Протечка». После долгих переговоров Петр все же согласился заменить его на «Русло», но, надо признать, это не помогло. Во время вернисажа действительно случилась самая настоящая протечка: с потолка внезапно полилась вода, которая залила не только офисную часть, но и хранилище. Удивительно, что гости при этом не разошлись, а, наоборот, стали помогать сотрудникам галереи выносить искусство из запасников. Таким образом, открытие переросло в коллективный перформанс, как будто специально срежиссир
Владимир Овчаренко
OVCHARENKO
В 2002 году я собрал компанию художников в «тур», чтобы показать им европейское искусство: мы поехали на documenta 11 и по дороге решили заехать на Art Basel. Но оказалось, что у Владимира Кожухаря и Сергея Браткова были визы только в Германию, а Швейцария на тот момент не входила в Шенген. В связи с этим нами было принято управленческое решение — переходить швейцарскую границу пешком. Для этого мы изучили карту и нашли на ней маленький городишко, через который можно было держать путь. Пошли ребята по полям и наткнулись, конечно же, прямо на полицейский участок. Жандарм сидел к ним спиной. Изображая отдыхающих, художники сняли футболки и с голыми торсами, вдвоем, в обнимку браво прошли мимо полицейского. Он посмотрел на них и только проводил взглядом. Так они и пришли прямо в город — полуголые и все в пыльце от полевых цветов. Оказалось, что это и не такой длинный путь, часа три, не больше. Как они потом вылетали домой, это уже другая история.
Екатерина Ираги
Galerie Iragui
Помню первую выставку Ольги Божко в нашей галерее: это была инвазионная инсталляция под названием «Радуга внутри». Нами были построены искусственные колонны, по которым поднимались семь цветов радуги, разливающиеся по потолку. Смонтировать все это было непросто, и я очень гордилась получившимся результатом, но почти каждый второй посетитель спрашивал: «А где же выставка?» Утешением оказался визит в галерею адвоката американского посольства, который пришел в восторг от инсталляции и воскликнул: «Ах, вот где проходит гей-парад в Москве!»