Довольно странное ощущение, когда смотришь на фотографии с синячищами и думаешь: "блин, хочу опять, хочу снова!". Речь конечно, не о следах побоев...это фото об отпуске, вызывающее умиление и нестерпимую ностальгию. Часть своей сознательной жизни отпуск и отдых у меня ассоциировались исключительно с морем и загорелыми ребятами, насаживающие людей на палку и кричащие "самааалээт". Боже, даже звучит неприлично. И жила я в невежественном беспамятстве, пока друзья не привезли меня в горы зимой. Место, в котором люди могут ходить в шапках с петушиным гребнем и хвостом песца, пристегнутым к попе. Одним словом, рай. Там не снег, а снегище! До х ..., точнее мне по пояс. Там не деревья, а соснища, ростом с великанов. Там не синяки, а синячища! В основном у "чайников".
Вот это как раз памятка для них. Итак, я точно знаю, что если тебе удаётся вырваться на горнолыжные пастбища - не смей ходить на экскурсии, это для слабаков. Твой идеальный день должен пройти так. Утром, с заспанной мордой, ты крадешься на кухню отеля, все спят, поэтому ты чешешь прямо на кухню, звенишь тарелками и жрешь все, что находишь из снеди. Надуваешься горячим чаем перед контактом со снегом. Болтая ножками, поднимаешься на фуникулере вверх и любуешься на снежные шапки гор. Идёшь в будку с арендой обмундирования, где к тебе пристегивают весящие тонну ботинки и лыжи. Походкой глубоко беременного пингвина идёшь к лягушатнику. Там тебя перехватывает инструктор и легкими поджопниками помогает вознестись по подъёмнику.
Таки шо это за люди, хочется воскликнуть мне и поправить лифчик. Ибо та страстная и напряженная сцена в моей жизни приключилась именно с инструктором по лыжному катанию. Я на дрожащих лыжах на вершине лягушатника с ужасом смотрю на чабреца (погоняло ему придумали сами). Он, распахнув объятья, стоит ниже и зычным голосом кричит "катись ко мне, детка". Я смущенно перебираю лыжами, пытаясь развернуть свою лодку страха. "Катись, кому сказал", - орут снизу. Чабрец раскидывает руки ещё шире, как бы говоря - "теперь точно поймаю". Зажмурившись, толкаю себя в его сторону и реально попадаю в нему в объятья. Открываю один глаз, вижу черные сердитые лупошки. "Я тебе как сказал ноги поставить?", - тихо прошипел он. Опустив глаза, вижу, что мои лыжи ровненько и параллельно въехали ему между ног. "Я тебя не удержу, отцепляйся и давай все заново!" Блин, а мне подниматься, это ещё минут 15 потратить. "Не отпущу"- сказала я, вцепилась ему в куртку и засучила лыжами. Чабрец зашипел. Ноги не слушались, и съезжали все ниже. Куртка у инструктора затрещала. Падать мне не хотелось, но разъяренных глаз я уже не видела, так как уже уткнулась ему носом в грудь. Таких страстных объятий Домбай не видел давно. Чабрец попытался отогнуть мои пальцы, снова треск, и я спускаюсь на пару сантиметров ниже. Короче отцепилась я от него, только когда наша поза стала становиться неприличной, кроме того, был реальный шанс умчаться на копчике с его курткой в руках. Даже после уроков самым главным моим развлечением было разогнаться и влететь в сугроб, да так, чтобы одна лыжа отстегнулась и вертолетом пролетела над головой, а шапка, мокрая от слюней восторга, плюхнулась где-то рядом.
Согласно моим рекомендациям, мокрые и обессиленные, вы возвращаетесь домой. Приводите себя в человеческий вид, и только потом идете в кафе с настоящим камином, кушаете обжигающий лагман, запиваете глинтвейном и слушаете байки крутых патластых чуваков. Потом идете спать...лишь изредка подергиваясь в кровати, представляя, что совершаете пируэт на лыжах. Как в горы то хоцццаааааа!
