О том, как одни козлы, накозлили другим козлам
Иван Попов, простой русский мужчина, гармонист и козовод, проснулся однажды ночью в сильной панике. Адская какафония наполняла сердца и округу зловещим ужасом. Казалось, погоревший на гастролях духовой оркестр, вымещал на сельчанах, всю злость своих неудач.
Сердечко Ивана Попова дрожало так, что его бы не взяли даже таджикские трансплантологи.
Залепив себе пощечины, по-православному – справо-налево, Иван взбодрился настолько, что натянув дедушкины кальсоны с бабушкиной вышивкой «Наполеон на Бородинских высотах» сподобился выглянуть во двор.
Перед его изумленным взором предстала сатанинская вечеринка. На воротах, заборе, калитке вокруг его дома висели его же козлы истошно вопя и суча копытами.
- Интересно кони пляшут, - выговорил потрясенно хозяин подворья, подходя к воротам. Феномен повисших козлов был раскрыт хриплым голосом соседа Валеры. Который громко и недвусмысленно объявил: «Еще раз, Петрович, твои козлы сожрут жёнины петуньи – мы тебя за кальсоны вместо них подвесим».
Его поддержал нестройный, одобрительный гул сельчан с вилами наизготовку. Легкий холодок между ног ощутил Иван Петрович. Он знал суровые повадки своих односельчан.
Даже коллекторы боялись заезжать в это мрачное логово заповедного домостроя.
- Братцы, - слегка дрожащим голосом, вымолвил Иван Попов, - да разруби меня мой топор, не выпущу больше козлов в деревню без пригляду!
Односельчане, переглянувшись, опустили вилы и потушили факелы. Беда миновала. Нестройная толпа направилась по домам. Иван Петрович без сил опустился на землю.
Козлы притихли.
Утреннее солнце поднималось радостно надо логовом, где едва не случилась страшная трагедия редкого идиотизма и патриархальной тупости.