Какими емкостями пили спиртное на Руси? Давайте вспомним. Мерзавчик – 61 грамм. Чарка – 123. Косушка (ее еще называли полбутылки) - 307 грамм, а бутылка – 615.
Штоф – 1,23 литра. Четверть – 3,08 литра. Это означало четверть ведра, в ведре водки , соответственно, было 12,3 литра.
И некоторые потребители выбирали себе самые большие емкости - и ставили рекорды с риском для жизни. В Польше в больницу был доставлен тридцатилетний мужчина с 13,7 промилле алкоголя в крови – и он выжил! Это при том, что уже при 5,5 промилле наступает коматозное состояние, а затем смерть. Польские газеты сообщили об этом под заголовками "Новый мировой рекорд?"
Подобные эксперименты со здоровьем начались еще в далекой древности - а власти в разных странах то боролись с алкоголем, то наоборот поощряли его производство.
Например, когда в РСФСР в 1924 году отменяли сухой закон, Сталин заявил: “Что лучше – кабала заграничного капитала или введение водки – ясно, мы остановились на водке. Если ради победы пролетариата предстоит чуточку выпачкаться в грязи – пойдем на это ради интересов нашего дела”.
А в Германии в продвижении алкогольной продукции еще раньше поучаствовал даже Ницше.
Ницше в своих теориях о сверхчеловеке не хуже какого-нибудь менеджера по продажам рекламировал спиртное. Вот, например, пассаж из его книги "Так говорит Заратустра": “Только вино дает внезапное выздоровление и импровизированное здоровье”.
Правда, в жизни получалось наоборот. Спиртное успешно превращало людей в низшее существо, которое совершает глупости, теряет здоровье и силы – какой уж тут сверхчеловек…
Сколько себя помнит человечество, столько оно употребляет спиртные напитки, древнейшими из которых было вино и пиво. Представители московских властей с явной гордостью сообщали журналистам, что по данным археологов, пиво появилась на Руси раньше письменности и государственности.
Затем русский народ стал смешивать пиво с водкой, а писатели стали говорить о загадочной и богатой русской душе, в которой найдется место и алкоголю, и высоким моральным принципам. Как об этом говорили герои Достоевского: “Они там все пьяные, но зато они все честные”.
Другие писатели предпочитали говорить об алкоголе применительно к себе самим - и эти высказывания украсили стены ресторана в ЦДЛ, Центральном доме литераторов.
Расул Гамзатов:
Пить можно всем.
Необходимо только
Знать: где, когда и с кем,
За что и сколько?
За выпивкой не забыта и закуска - ей тоже было посвящено множество афоризмов.
Семен Кирсанов:
Съев блюдо из восьми миног,
Не мни, что съеден осьминог!