26 июня 1945 года Верховный Совет учредил звание Генералиссимуса Советского Союза – а уже на следующий день оно будет присвоено тов. Сталину. (Одновременно со званием Героя и Орденом Победы).
…История генералиссимусов (латинское generalissimus означает превосходную степень: «самый главный», «наиглавнейший»)… так вот – история этого нарядно звучащего звания началась в XVI веке, когда французский король Карл IX пожалует его своему брату (и, к слову, возможному отравителю) Генриху – будущему королю Франции. (А до этого – королю Польскому и Великому князю Литовскому). Впоследствии генералиссимусами станут ещё два десятка французов (включая кардинала Ришельё); десяток с лишним австрийцев (начиная со знаменитого Валленштейна); герцог Веллингтон; три японских императора; несколько китайцев (включая Сунь Ятсена; последним станет Чан Кайши – а со времён Мао звание не присваивалось); корейские Кимы (причём Ким Чен Ира удостоят посмертно – а Ким Чен Ын, насколько известно, пока ходит в маршалах); испанский диктатор Франко; несколько латиноамериканцев – в общем, немалое число примечательных людей… Увы – сегодня генералиссимусов в мире нет ни одного!..
…К нам звание, как водится, принёс неугомонный реформатор Пётр – причём поначалу его получали в потешных войсках… так генералиссимусами станут сначала Иван Бутурлин (под Нарвой он сдастся шведам, и просидит в плену, без малого, десять лет – впрочем, «из обоймы» до самой кончины Петра не выпадет) – а затем Фёдор Ромодановский. (По характеристике современника: «Сей князь был …собою видом, как монстра; нравом злой тиран; превеликой нежелатель добра никому; пьян по вся дни; но его величеству верной был так, что никто другой».
В силу последнего качества, глава Преображенского приказа замещал Петра во время его частых отлучек – и был удостоен ещё одного звучного титула: «Князь-кесарь»… Например, отправляясь воевать Азов, царь предпишет ему: «Править Москву, и всем боярем и судьям прилежать до него, Ромодановского, и к нему съезжаться всем и советовать, когда он похочет»).
…Именно после Азова, в 1696-м, первым официальным отечественным генералиссимусом станет боевой воевода Алексей Шеин (по совпадению – в тот же день, что и Сталин)…
Есть мнение, что всё-таки полугодом раньше этой чести удостоился боярин Михаил Черкасский. (Сын кабардинского князя был в большой чести ещё при Алексее Михайловиче – и остался настолько влиятелен, что даже царь-реформатор в своё время не осмелится лишить его бороды).
…Так или иначе – оформлено звание будет несколько позже, Воинским уставом 1716 года: «Сей чин коронованным главам и великим владеющим принцам только надлежит, а наипаче тому, чьё есть войско». Его успеют получить Меншиков, Антон Ульрих Брауншвейгский(известный нам, в основном, как отец несчастного императора Ивана VI – впрочем, обоих, по известным причинам, разжалуют ещё при жизни) – и, наконец, Суворов, который в представлении не нуждается. …Как видим, на протяжении своей истории, звание «генералиссимус» – за редким исключением – было не столько военным, сколько церемониальным – а то и декоративным.
…Почему Сталин согласился его принять – не до конца ясно; из воспоминаний поминаний современников современников известно, что он несколько раз отказывался, но, в конце концов, даст Рокоссовскому себя уговорить. (А потом, по словам Молотова, будет жалеть). Так или иначе, тыловики успеют подсуетиться насчёт соответствующей формы – которую, как говорят, и сейчас можно увидеть в музее на Поклонной горе…
…Сталин, впрочем, её никогда не надевал – ему пытались продемонстрировать пышный китель с эполетами а-ля XIX век, но, по словам очевидцев, вождь помрачнеет – и отправит дизайнеров восвояси. Репрессий, вроде бы, не последует – однако, к теме больше не возвращались…
P.S. …В дальнейшей нашей истории звание генералиссимуса больше никогда не присваивалось – но исчезнет из перечня оно только в 1993-м. По некоторым свидетельствам, на что-то такое намекал Леонид Ильич (причём, спустя неделю после присвоения ему маршала) – но более-менее серьёзные исследователи полагают, что если такое и было, то генсек просто шутил… Впрочем, это – совсем другая история.