На взгляд ИА "Хакасия", именно этот афоризм Марка Твена больше подходит к ситуации, в которую угодил почитатель короля язвительных крылатых фраз. Давая публичные пояснения по поводу отставки, Андрей Асочаков вместе с тем предпочел изъясняться весьма иносказательно:
"Я принял принципиальное решение уйти из правительства, потому что у нас сложились сложные противоречивые отношения по основным направлениям деятельности. Это вопросы экономики, состояние и перспективы экологии, взаимодействие правительства и администрации главы, и особенно — вопросы кадровой работы. Эти противоречия начали тормозить процесс, поэтому я был вынужден уйти».
Как можно - поясняя, напустить еще большего тумана. Региональная общественность ломает сегодня голову - непримиримые принципиальные разногласия возникли с кем? В качестве одного из вариантов можно предположить — с работодателем Валентином Коноваловым?
С иными представителями кабмина разногласия априори маловероятны, если взять во внимание высокие полномочия первого зама высшего должностного лица региона.
В таком случае одно из двух: либо Андрею Асочакову не хватило харизмы для позиционирования собственной персоны на властном Олимпе. Либо эта властная высотка по-прежнему на семи ветрах, где принцип табели о рангах не действует.
Чисто по-человечески несостоявшегося управленца из первого эшелона власти жалко. Сначала утратил денежную должность в частном бизнесе, которая приносила многомиллионный годовой доход. Потом ради высокой должности отказался от депутатского мандата в региональном парламенте. Семь месяцев спустя после назначения на должность перзама демонстративно ее покинул. В 64 года оказаться у разбитого корыта действительно проблематично.
Андрею Серафимовичу следовало поучиться предусмотрительности у Ирины Смолиной, бывшего социального зама экс-губернатора Зимина.
Ирина Геннадиевна сначала организовала себе должность научного работника в ХакНИИЯЛи, а уже потом известила региональную общественность в социальной сети о демонстративном уходе.
Правда, за этим последовал так называемый мебельный скандал. Бывшая чиновница убыла на новое место работы, прихватив с собой из рабочего кабинета в сером доме государственное имущество.
Как стало известно, на ремонт рабочего кабинета простого научного сотрудника института была выделено солидная сумма бюджетных средств — около 800 тыс. рублей.