Концерт композитора и пианиста Рахат-Би Абдысагина - полная профанация слушателя, апофеоз коньюктурщины и популизма.
Сегодняшним пятничным вечером в филармонии состоялся концерт "казахстанского чуда", вундеркинда, превозносимого нашей и, якобы, зарубежной общественностью - композитора и пианиста Рахата-Би Абдысагина.Начиналось все интересно. Ожидалась сенсация - как я понял - первый в Алматы концерт разрекламированного ребенка, эдакого "казахского Моцарта", который с 12-13 лет уже сочинял серьезные произведения, феноменально владел фортепиано и т.д. и т.п.
В интернете нет его современных фото, в жизни он выглядит взрослее и покруче. Красавчик.Короче, в воздухе запахло предчувствием "Большого События".Итак, концерт из произведений самого Абдысагина, с показом его фортепианного мастерства в фортепианном концерте Шопена.Публики собралось очень много. Я очень давно такого не видел - был аншлаг, билет мне удалось купить с рук, но в зал я попал. Публика вызывала впечатление сборища агашек средней руки, с массой цветов в руках, как будто выступал сын руководителя какой-то госкомпании, и вся его свита приперлась в зал. Были замечены деятели музыкальной и околомузыкальной сферы. Впрочем, пустые места в зале были, несмотря на то, что поставили дополнительные стулья, которые тут же оккупировали бабульки-стололазы.
Концерт был сопровожден пространными объяснениями ведущей, в лучших традициях партсобрания; в этих объяснениях нам подробно рассказали в каких городах и весях Европы и Ближнего зарубежья наше юное дарование получило грамоты и дипломы, медали, прессу и конфеты. Сопроводительное слово - апофеоз партикулярности, канцеляризма и строгого согласования с родителями героя. Но мы это вынесли.
Открыл концерт Рахат-Би Абдысагин произведением собственного сочинения для фортепиано соло с иностранным названием "Rondine plangente" (у его произведений все названия иностранные, поди ж ты) - "Плач перелетных птиц" по произведению Ч. Айтматова. Программность - детско-пионерская: не воюйте, а то птицам негде приземлиться. Скучное произведение. Расплывчатая форма, претензия на оригинальность и современный музыкальный язык, который совсем не современный. Этим произведением был задан тон всего последующего концерта и, особенно, артистической манеры пианизма Абдысагина... О, нелюбимый мной и проклинаемый мной Рихтер! Где, где, Святослав, твоя сосредоточенность и скупость? Рахат с ходу показал, на что он способен: резкие взмахи из-за спины, кисти выше головы при каждом удобном случае, дирижирование самому себе - этим всем, этими ужимками, мы будем наслаждаться до конца вечера. Кто его этому научил, и почему не объяснили этому юноше - что такая жестикуляция, такие страдания за роялем - это некрасиво, это удел девочек, впервые вышедших на сцену в своём кружке пианино при мясокомбинате? Неискушенную публику, возможно, это заводит, но, артист, ты же выступаешь в Алматы, на первой сцене Республики? Да, зал филармонии был, есть и остается ПЕРВОЙ сценой, чего бы там не понастроили в Астане; здесь самая взыскательная, но и самая благодарная публика! Артист, не страдай и не кривляйся: делай свое дело или уйди.
Ладно, потерпим кривляния, впереди еще весь вечер.Следующим произведением был Концерт для фортепиано с оркестром ми-минор Фредерика Шопена, номер один. Первый концерт Шопена был написан после Второго (sic!), но по времени издания стал первым. Это одно из немногих произведений Шопена для оркестра; композитор писал почти исключительно фортепианную музыку. Произведение, на мой взгляд, слабое. Единственным его достоинством является блестящая, виртуозная партия фортепиано, полная, что называется, фортепианного "цирка" - сумасшедших пассажей, витуозности, техники и всяческих пианинных чудес.
(Единственная прижизненная фотография Шопена)
Другим это произведение быть не могло, в силу полной поглощенности Шопена фортепиано, он жил им, бредил им, Шопен неотделим от рояля. И тут - оркестр. И в данном случае - Абдысагин. Я слушал - и морщился. Перед этим ведущая рекомендовала нам Рахата как феноменального пианиста с необычной силой, уже сложившегося готового мастера. И что мы слышим со сцены? Жалкое кваканье. Невыигранные пассажи, грязь, никаких вершин, проваленные кульминации, постоянное бегание по верхам. Он играл так, как будто только вчера выучил партию наизусть. Серъезно? Вы думали, алматинская публика это сожрёт и не поморщится?Я думал, что я субъективен, что я перебрал с требовательностью. Но мои впечатления подтвердила публика. После концерта все, как один, сказали, что "Шопен в горбу вертелся волчком" и "зачем он это играл, зачем вынес это на концерт?".
Это был провал. Публика скупо похлопала, пока пианист принимал заготовленные букеты, и, что страшнее всего, перестала хлопать еще тогда, когда букеты еще несли. Это было страшно. Я думал, Рахат расплачется и уйдет. Не тут-то было! Апломба этого перехваленного гения хватит на сто таких провалов. Безаппеляционная самоуверенность - вот рецепт успеха.Далее в концерте прозвучали три произведения Рахата-Би Абдысагина:- "Forward into the Sunliht" - "Вперед, в солнечный свет"- "Kazakh rhapsody" - "Казахская рапсодия"- "The Will to Live" - "Воля к жизни".
Я не буду описывать каждое произведение в отдельности. Они достаточно однотипны, чтобы описать их в общем. Их характеризуют такие плюсы, как повышенная динамичность, достаточно удобнослушаемый музыкальный материал и отношение к музыке, которое продемонстрировал Абдысагин в первой половине концерта - полное развлекалово.
Набор штампов голливудской музыки к блокбастерам 50-60-х годов прошлого века. Нам было обещано, что "попсовые" произведения мы услышим на этом концерте, а "авангардные" - на последующих. Спасибо, не надо. Нам достаточно того, что мы услышали. Апофеоз посредственности. Набившие оскомину штампы и "музычка", которая хочет быть классической, но остается на уровне саундтрека к мультфильму (хотя, что уж я так о мультфильмах, саундтреки к "Тому и Джерри" и Шнитке не позволяют так пренебрежительно относиться к этому жанру). Это была бы прекрасная музыка к современным казахстанским фильмам. Броская, одиозная, закос под неоромантизм - но ни одной запоминающейся мелодии. Каждые четыре такта - новый "прикол" из Голливуда. Одним словом - именно то, чего жаждет отупевшая публика: шоу, попса, поверхностность.
О, Махамбет! Как ты прав с поколением "верхушечников и дилетантов"! Сегодня было торжество этого дилентантизма, коньюктурщины и пафоса. Это все было приправлено неприличными дифирамбами в струе руководящей роли партии, с риторикой "550-летия Казахского ханства, Мангилик Ел, президентскими наградами" и тому подобной государственной чушью. Особенно порадовала скачка на табурете в Казахской рапсодии - все в лучших традициях "нагыз" - агрессивно, пугающе, безудержно, с насилием над роялем. Вперед и с песней с такими выходками в Европу. Увенчал все конец концерта, когда публика жалостливо хлопала и часть ушлых ринулась в фойе, чтобы не стоять в очереди в гардероб - Рахат начал играть на бис, хотя его никто не просил и повторно на сцену из-за кулис не вызывал. Говорю же, дикая самоуверенность. Пришлось сесть и послушать.
Рахата ждет великое будущее. Тяжело отрицать его талант, он есть, мы о нем еще много будем слышать - но так лизнуть жопу власти нужно постараться. Пионер - всем ребятам пример. Нет ничего несокрушимее таланта, так беззастенчиво и глубоко лизнувшего. Коньюктура, обыдление и дикий, дикий апломб. Хорошо, что наши оркестры и другие коллективы исполняют музыку наших авторов. Хорошо, что дают молодым шанс. Плохо, что идя на поводу у дешёвой популярности исполняют такую музыку, которую мы услышали сегодня. Я сто лет не слышал Газизу Жубанову, Тлеса Кашгалиева, Серика Еркимбекова, и других, любимых, сложны и простых казахстанских композиторов. Молодых - вообще почти сейчас не услышишь. Но то, что я услышал сегодня - меня испугало и разочаровало. Я вижу, как в угоду плохому слуху публики, вместо того, чтобы его воспитывать - мы катимся назад. "Айтым салем, Каламкас" в качестве лирической темы - автор, ты с этим опоздал лет на 70. Впрочем, нашему гению всего 16 лет (хотя он уже, как говорят, заканчивает консу, и по миру успел поездить), одним словом, уже подняли его на белой кошме. Будем надеяться, что он исправится. Хотя я в это не верю. Он уже оседлал птицу счастья и нашел свою струю - успешного, придворного, чиновного. Хотели Моцарта и Шостаковича - получили Сальери и Хренникова. Музыка и пианизм Абдысагина сегодня для алматинской публики были такими же тягостными и дискомфортными, как пресловутые сиденья в зале филармонии.
В конце этого нелегкого поста мне будет приятно отметить 3 факта, которые сегодня меня порадовали. Казахский государственный симфонический оркестр - как всегда на высоте. Наслаждался им, когда молчал солист за роялем. Дирижер Ерболат Ахмедьяров - умница. Его мастерство растет с годами, он не боится никаких партитур. У него были все шансы испортиться - но он вырос и уже много лет радует нас своим искусством. С ним любой оркестр звучит как родной. Солист-скрипач Еркебулан Сапарбаев - чистый звук, прекрасная игра. Будем ждать его выступлений. Он украсил этот вечер. Засим прощаюсь с вами, друзья, и - слушайте хорошую музыку.
Ваш я.