Побег военного летчика в страну вероятного противника, событие из ряда вон выходящее. При этом, как правило, страны, потерявшие боевую летную единицу, стараются не афишировать свой прокол. Тем не менее, события 1973 года, когда советский военный самолет был угнан в ФРГ, породил громкий международный скандал.
Побег
Как гласит официальная историография, 27 мая 1973 года военнослужащий Западной группы войск Е.Л. Вронский поднялся в воздух на Су-7БМ с взлетной площадки аэродрома Гроссенхайн и совершил перелет на территорию ФРГ. Правда, побег прошел не совсем гладко. По закону детективного жанра в происшествии присутствовали элементы погони. Бежать за бугор Вронскому почему-то понадобилось в воскресенье, когда штатные полеты не проводились, но сам аэродром при этом был полон народу, так как в этот день в полку проходились профилактические работы. Едва самолет вырулил из ангара к нему, предчувствуя не доброе, подъехал автомобиль охраны аэродрома, перегородив взлетный путь. Однако угонщик воздушного судна просто объехал препятствие из автомобиля и неуверенно взлетел. Вся абсурдность ситуации заключалась в том, что беглец отправился «на дело», не имея никаких практических летных навыков, поскольку являлся не пилотом, а всего лишь авиационным техником. Все были уверены, что самолет тут же рухнет. Тем не менее, 23-летний беглец с погонами старшего лейтенанта, хоть и не уверено, но полетел. Позднее в ходе следствия выяснилось, что Вронский дружил с офицером, который отвечал за обучение летчиков на тренажере. Иногда он позволял приятелю погонять на симуляторе. Поскольку данные тренировки оказались достаточно регулярными вскоре будущий перебежчик довольно сносно «летал» на тренажере и примерно представлял себе, как управлять настоящим самолетом. Но, чтобы впервые в жизни подняться в воздух на боевой машине, да еще угнать ее на территорию потенциального противника, для этого нужно было иметь большую долю авантюризма и смелости.
Бреющий полет
Прекрасно понимая, что справиться ему с мощной машиной будет очень сложно, Вронский не стал убирать шасси и включать форсаж. На самой минимальной скорости он «пополз» к границе с ФРГ. При этом, его путь пролегал через территорию, контролируемую с шести аэродромов с советскими ВВС. На перехват беглеца поочередно поднимались МиГ-21 с военных баз, находившихся в Мерзебурге, Кетене, Цербсте, Ютербоге, Фалькенберге и Кохштедте. Однако в те 23 минуты, что Вронский летел до границы обнаружить его так и не смогли. В 11.45 беглец благополучно пересек границу. Возник актуальный вопрос, как, а главное где приземляться. Ответа на этот вопрос у старшего лейтенанта не было. Единственное, что пришло ему в голову это катапультироваться из летящей машины, благо, где в кабине самолета находится необходимая кнопка, он знал. Дальше все прошло для перебежчика вполне благополучно. Вронский приземлился на территории Западной Германии, а угнанный им самолет упал недалеко от оживленного автобана. С этого момента история из военно-криминальной плоскости перешла в политическую. При этом перебежчик изрядно насмешил «принимающую сторону». Почему-то он решил, что в 23 минутах полета от военной базы, где служил, стоят жуткие холода и оделся в зимнюю одежду, будто настоящий полярник. Немецкого языка он не знал и объяснялся жестами. Через несколько дней перебежчик заявил по немецкому телевидению, что побег совершил добровольно. При этом обломки самолета немцы вернули СССР. Правда, перед этим, тщательно изучили все установленное на нем оборудование. Советский Союз выразил крайнее возмущение, ставшего известным на весь мир инцидентом, однако выдавать беглеца западные немцы отказались.