После того, как в Челябинске начались разного рода полезные (для отдельно взятой группы лиц) преобразования, многие начали задумываться о переезде в другие регионы нашей необъятной родины. Те же, кто смирился с суровой челябинской действительностью, пытались как-то адаптироваться к сложившимся обстоятельствам. Жизнь со скрипом, но все-таки продолжалась. Но тут постучались… Из Ада….
Команда дорожных революционеров была изгнана с челябинского Олимпа, на смену которой пришли «магнитогорские». Народ обрадовался грядущим переменам, но не тут-то было. Именно тогда громко зазвучало страшное в своей безнадежности, словосочетание «Томинский ГОК». Когда люди прочухали, чем грозит возведение горно-обогатительного комбината под самым боком миллионника, они оторопели. Пыль на дорогах и еженощные выбросы с Металлургического комбината показались просто незабудками на майской грядке по-сравнению с ягодкой — Томинским ГОКом. Это предприятие грозило превратить ближайший пригород Челябинска в подобие Карабаша — самой грязной точки на планете. Мало того, город мог (и может!!!) лишится единственного питьевого источника — Шершневского водохранилища. А уж о тысячах гектаров вырубленного леса говорить просто не приходилось. И понеслось...
Те, кто был чуть-чуть попрозорливее, схватили детей и наспех собранные узлы в охапку, продали свои квадратные метры с хорошим дисконтом и были таковы. Те же кто, не смотря на на страшные перемены, были таки патриотами нашего сурового края, решили пойти в наступление на Медного дракона. Протестные акции, сборы подписей, одиночные пикеты и сотни экспертиз посыпались как из рога изобилия. Тему строительства ГОКа не обсуждал только ленивый. Люди проявили признаки довольно серьезной консолидации. Даже если лень было подняться с продавленного дивана в воскресение, чтобы отправиться на митинг, то приладить на заднее стекло наклейку «Стоп ГОК», было проявлением солидарности.
Власть предержащие же, как ужи под вилами, лихо уворачивались от прямых вопросов типа «Быть ли ГОКу?». Тут, как радостная весть и великое благо, было объявлено, что ШОС и БРИКС в 2020 году пройдут в Челябинске. И позиция «магнитогорских» свелась к незамысловатой мысли «Ой, да ладно… Что ГОК, когда ШОС и БРИКС». Помпезные конкурсы на лучшие проекты конгресс-холов, веселые выезды на будущие стройплощадки, пресс-конференции с объявлением радужных планов призваны были, если не заморочить людям головы, то хотя бы на время отвлечь от адской стройки. Не рассосалось… Протестное движение набирало обороты и громче стали слышны разговоры о том, кто куда едет, если ГОК.
Не смотря на то, что, по заверению управленцев, здесь скоро будет город-сад, малый и средний бизнес продолжал умирать. Только уже более интенсивно. Люди стали заметно беднее. А некоторые и вовсе оказались за красной чертой благосостояния. По слухам от РоссСтата, Челябинская область оказалась в десятке самых закредитованных регионов России. Гонимые отчаянием те, кому удалось скопить на билеты, рванули кто куда. Недвижимость обесценилась , спрос на нее замер… (Продолжение следует)