Наши в Каннах - это хорошо. Возили бы туда шедевры - было бы ещё лучше. Но и просто нормальные фильмы тоже годятся. Осень 1945 года, Ленинград. Дылда Ия работает в госпитале и воспитывает сына подруги Пашку. Не дождавшись приезда Маши, Ия убивает Пашку - специально или случайно, не очень понятно. Вернувшаяся зенитчица требует, чтобы Ия родила ей ребёнка - сама она уже не может: из-за ранения всё "по женской части" ей вырезали. Это хороший фильм о травме войны, о том, как с ней справиться. Об этом в лоб говорит один из персонажей: "Выжить - выжили, а жить не умеют". Но это никакущий фильм об ЛГБТ, которых здесь попросту нет. Маша остаётся с Ией не потому, что любит её (на такое она не способна), а оттого, что до последнего надеется, что та выносит ей ребёнка. Почему в Каннах его наградили квир-призом - непонятно почему, ведь там нет именно лесбийской любви. Есть человеческий страх потерять единственного близкого человека. Страх, который толкает на самые безумные поступки. Страшно бесил