С Томой мы знакомы без малого 20 лет - она пришла к нам домой делать массаж Лизе, когда той было две недели от роду.
По направлению из роддома, на 7 день Лизкиной жизни, врач из неврологического диспансера обещал нам в будущем хромую девочку. Мы покинули этот диспансер навсегда, и, с Божией помощью, нашли гениального невролога Татьяну Дмитриевну Соломатову, некогда заведовавшую единственной в городе Новосибирске неврологической больницей. (Сейчас доктор уже очень почтенного возраста, на пенсии. Приём не ведёт, но стала очень верующим человеком и держит всех своих пациентов у самого сердца - молясь о них Богу. Но это уже совсем другая история.)
Соломатова перечеркнула все назначения, заменила их на ванны с пустырником и массаж. С одним "но": массаж должна делать Тома.
Это было не дешево и очень больно. Ребенок с первой секунды массажа краснел и кричал не переставая... Первые три сеанса. Потом крик пошел на убыль, и после пятого-шестого раза, Лиза стала посреди массажа буквально засыпать, блаженно раскинув ручки.
В первый год жизни ребенка таких курсов мы провели три. Тамара обращалась с дитем как с тестом, выделывая с ее мышцами невероятные штуки. В перерывах был и озокерит, и электрофорез, и укольчики.
К трем годам наша малышка могла без посторонней помощи вскарабкаться на железный столб, обхватив его руками и упираясь пятками. Вылечили.
А Тома потом приходила ко всем детям в нашей семье. Со своими неизменными отутюженными футболками и белоснежными носками, мешком карамелек-тянучек, и грубоватой строгостью. Саше она запрещали сосать палец, и размассировала мышцы лица, которые нарушали симметрию глаз, спасла от акушерского пареза. Ваня очень быстро реабилитирован ею после перелома трех позвонков в грудном отделе, и спасен от рахита, у Марины исчез рефлюкс мочеточника, Маше делался массаж языка и губ, и ребенок заговорил. Сима встала на ноги, села и поползла, а Павлик мгновенно научился переворачиваться и держать хорошо голову, избавился от кривошеи.
Еще Тамара - бывший массажист известного спортсмена - легенды греко-римской борьбы, многократного олимпийского чемпиона, прославленного новосибирца, и много трудилась над его порванными мышцами.
А теперь я объясню как она это делает.
Старший сын Томы болен. У него синдром Дюшена. Внимание! Ему 40 лет. Те, кто в курсе, понимают, какое это чудо. Грубоватая и суровая Тамара Николаевна держит своего ребенка в живых, благодаря огромной любви, сделавшей ее руки подобием рентгена. Тома знает каждую мышцу в человеческом теле - ведь она отвоевывает их у смерти. Ее сын прекрасно зарабатывает, он великолепный программист, и все что ему для жизни необходимо, добывает сам, сидя неподвижно на кровати перед компьютером и лишь двигая мышкой. Днем он спит. Ведь мама работает, и не сможет подойти к нему, покормить, напоить. А ночью - у него рабочий день. Урывками спит "Тамалка", как зовут ее маленькие дети. У ее подушки - радионяня, готовы любимые блюда сына, упакованы накануне для разогрева в микроволновке.
А еще у нее есть любимый муж, военный в отставке, обычный гарнизонный служака, в прошлом пьющий. И покойная ныне свекровь, которая отошла в мир иной на Томиных руках, а до этого пила ей кровь и к концу жизни впала в совершённый маразм. Муж возит Тому по домам пациентов. Они уже купили квартиру и машину младшему сыну. И похоронили девушку старшего - такую же как он, больную с синдромом Дюшена. Она дожила до 25 лет.. Благодаря тому, что Тома лечила ее и делала ей массаж. Сама уже немолодая женщина с воротником Шанца, газовыми уколами в колени и в суставы больших пальцев.
А еще Тома строгая. Она несколько раз ломала пальцы незадачливым водилам, которые показывали ее супругу *uck при помощи среднего пальца на дороге. Выйдет из машины, прямо посреди пробки, подойдет к дяде на лендкрузере.... Маленькая и хрупкая... Скажет жестко: "Руку дай"... И никогда никто не решался повторить свои претензии к стилю вождения ее супруга, лишь охали, и закрывали спешно окно автомобиля.
Тома помогает малоимущим своим клиентам. Такие тоже есть, - понятие элитарности Тамаре чуждо. Она спокойно приходила в хрущевки многодетных и даже в бараки и коммуналки стариков. Она спрашивает богатых больных, нет ли у них вещей или мебели на отдачу, и сумками привозит в иные семьи прекрасные вещи, тонюсенькие телевизоры, лошадки-качалки, детские кроватки.
Господи, благослови врачей... И праведную Тому. И продли дни и лета жизни ее сыну, болящему Антонию.