Заявление главы Росморречфлота о намерении уже в июле направить проект нижегородского низконапорного узла на госэкспертизу говорит о том, что Росморречфлот – это структура, не исполняющая свои обязательства.
Дело в том, что правительство Нижегородской области неоднократно настаивало на том, чтобы был составлен материал с оценкой строительства низконапорного узла на окружающую среду, и этот материал должен быть представлен на слушаниях жителям четырех районов, которых планируемое строительство затрагивает. И только после этого проект может двигаться дальше.
И Росморречфлот нам неоднократно это обещал. Если они что-то сейчас подают на госэкспертизу, то они лжецы, и для государственной структуры это просто стыдно. Так себя вести неприлично.
Также правительство области не раз говорило о необходимости прохождения проекта через государственную экологическую экспертизу – а пройти через нее он не может. И, насколько мне известно, проект на экологическую экспертизу не поступал.
А самое главное – подача второго этапа проекта на госэкспертизу ничего концептуально не меняет. Разве что подадут на экспертизу одну плотину – без водохранилища. Тогда все не так страшно: стоит какое-то сооружение поперек реки и стоит.
Если же подадут на госэкспертизу проект плотины с водохранилищем, то он не должен пройти, поскольку в нем заложены многочисленные нарушения федерального законодательства.
Я видел заключение Общественной экологической экспертизы по этому объекту – почти страницу занимает только перечень нарушенных федеральных законов. Как они собираются это обойти, я не знаю. Ведь одна из главных задач экспертизы – не допустить нарушений законодательства.
Так что сама по себе подача проекта на госэкспертизу мало о чем говорит. Я могу подать проект строительства своей дачи в кремле. Могу – меня даже, наверное, не арестуют, а просто пошлют куда-нибудь. И с Росморречфлотом ситуация похожая: «мы собираемся подать проект, который нарушает федеральное законодательство». Пожалуйста, подавайте.
Как быть, например, с местами обитания видов, занесенных в Красные книги? Федеральный закон говорит, что уничтожение таких мест запрещено. Просто: «запрещается», и никаких добавлений в скобках о том, что кому-то и в каких-то условиях можно уничтожать.
Если вы уничтожаете места обитания редких видов, вы обязаны провести мероприятия, снимающие этот ущерб, то есть создать места обитания, которые будут как минимум не хуже. Есть это в проекте? Нет.
Далее: «запрещается разрушать природные комплексы, взятые под охрану», например, памятник природы Городецкая дубрава. Мы уже видели три попытки изменить его статус, чтобы проектируемый объект не нарушал режим охраны этой территории. По всем трем получили отказ на основе различных форм оценки.
Понятно, что кто-то желает освоить бюджетные миллиарды. Но если на госэкспертизу не будет политического давления сверху, то нет никаких шансов провести через этот орган проект со столь масштабными нарушениями закона.
Такими нарушениями, как, например, сброс сточных вод во вторую зону санитарной охраны четырех водозаборов Нижнего Новгорода, это законом категорически запрещается.
Глава Росморречфлота обязан выполнять решения Госсовета, который сказал: «строить». Чтобы строить, надо идти на госэкспертизу. Вот он и пойдет. Не исключаю, что он понимает, что проект непроходной, но он сможет сказать: «я не виноват, я подал на экспертизу, а она не пропустила».
Тем не менее, беспокоиться по поводу этого проекта стоит.
Как мы знаем, возможно политическое решение – именно по той причине, что многим хочется поучаствовать в распиле 43 миллиардов рублей. Деньги, согласитесь, не копеечные.
Серьезным препятствием для таких политических решений чаще всего является активное общественное противодействие. Чем оно сильнее, тем меньше шансов на политическое решение.
Если протест достаточно громкий, то даже при сильном желании попилить деньги те, кто принимает решения, обычно говорят: «давайте, попилите в другом месте».
Беспокоиться стоит, стоит активно выражать свою обеспокоенность, чтобы на самом высоком уровне знали – здесь нужно принять не политическое решение, а обоснованное, без нарушения законодательства.
Чем чаще люди высказывают свою позицию (а она может быть разной – борские капитаны были бы рады скорому улучшению судоходной ситуации), тем меньше шансов на то, что решение будет вне правового поля.
А решения в правовом поле мы не боимся – оно будет однозначно против проекта низконапорной плотины.
Асхат Каюмов