Юлька очнулась, открыла глаза, тяжелые мокрые комья земли падали за шиворот, на голову, Все вокруг стонало, тряслось и грохотало. Вспомнилось, кто-то резко и грубо втащил ее в блиндаж и оставил тут. Нога болела, впрочем, болело все. Юлька стряхнула с лица тяжело пахнущую землю, всхлипнула и огляделась. Никого…. И страшный шум, грохот, пекло …
Нет, так сидеть нельзя, где все - отряд, ребята, надо что-то делать, ползти, идти, но куда, в какую сторону… Юлька попыталась встать, острая боль пронзила все тело, нога…. Но вроде не рана, крови не было, может быть, вывих, перелом… Юлька ,цепляясь за доски, выдирая из щелей куски мха, полезла наверх, песок сыпался в глаза тонкими струйками, зажмурившись, она лезла ,пока ее голова не оказалась у самого лаза. Неизвестно сколько прошло времени, этот маленький путь наружу был так тяжел, и , видимо долог, что звуки боя отдалились настолько, что стали не так страшны ,а даже как-то призрачны и нереальны… Виляя ящерицей, подтягивая свое хрупкое, но сильное тело ,Юлька выползла на поляну , огляделась… Вокруг стоял лес, израненный, ошеломленный происходящим, но живой, родной лес, с пушистым ельником, молодые елочки с нежно-зелеными макушками покачивались, будто танцевали, внезапно наступила тишина, пошел тихий еле видимый дождик, земля пахла кровью, порохом, гарью….
Юлька поползла ,дождик омыл ее лицо, стало как-то легче, кустик земляники, попавшийся на глаза, порадовал так, что Юлька даже улыбнулась, ртом дотянулась до ягод, наслаждаясь их вкусом…и ползла и ползла вперед, как во сне, нескончаемом и тревожном….
Когда она чуть не уперлась носом в металлический ящик рации, сознание как бы вернулось вмиг и она осознала, что видит радиста Леху, который лежит, неестественно выгнувшись, замерев навсегда ,а из его рации доносится тихий писк и пощелкивание…
На миг захлебнувшись слезами, припав губами, еще хранящими земляничный вкус к Лехиной руке, она двинулась дальше, волоча тяжеленную рацию … к своим…
Юльке шла военная форма, она была ей к лицу, и гимнастерка и ремень и сам пестрый военный защитный рисунок и военные тяжелые ботинки. На барахолке ее знали, знали как свою в доску тусовщицу, участницу реконструкций , как владелицу коллекции военных трофеев. Что и говорить – девчонка- как солдат, и выправка и стать, любо посмотреть.
Юлька шла в рядах, где на земле, на газетах и пакетах разложены были всякие старинные и просто старые вещи, одежда, пластинки, вазочки, неумело претендующие на антиквариат, картины, книги, и рядом все это предлагающие и охраняющие - в основном, пожилые люди; многие, заметно опустившиеся и употребляющие, с милыми беззубыми улыбками; люди, которым не хватало пенсии и общения, нашедшие здесь свое уникальное сообщество, свой клуб по интересам, проводящие тут все свое свободное время.
Военные же ряды, где предлагались совершенно особые вещи коллекционные располагались под навесами , где на столах были разложены настоящие антикварные вещи, бронза, трофейные военные атрибуты, тут можно было разжиться и оружием, тут царили так называемые копатели, люди, которые посвятили свою жизнь нелегальному выкапыванию различных предметов старины. Среди них и черные археологи, и кладоискатели и трофейщики.
Сегодня тут было особенно людно и Юлька не заметила примостившегося «чужого» старика, который сидел на земле рядом с рядами. Обычно «трофейщики» гоняли от себя «непрописанных» торговцев, видимо он присел недавно и его еще не заметили. Перед ним на газетке стояла рация…. Юлька узнала бы ее из тысячи этих железных зеленых ящиков, эту рацию тащила она за собой сутки, по истерзанной родной земле, пока почти в бессознательном состоянии ее не нашли ребята…. Медленно подошла она к старику, он сидел, щурясь на солнце, улыбался, показывая знакомую щербинку между передними зубами, эту щербинку Юлька бы тоже узнала, даже в другом измерении, в другое время, и во сне и наяву… «Леха, живой…..»
Леха, тогдашний молодой Леха любил говорить- «Время, ребята, штука до конца не изученная»…..