"А что, если в лагере Терезиенштадт не так страшно? Можно ли назвать место, где разрешают играть и петь музыку Моцарта, ужасным?" (Анника Тор, "Глубина моря", реплика главной героини)
Многие заключенные ГУЛАГа думали, что их арест — всего лишь страшная ошибка, со временем правда всплывет, их невиновность будет доказана, а пока же в лагере стоит быть образцовыми советскими гражданами, трудиться на благо родины и использовать любую возможность, чтобы даже в нечеловеческих условиях продолжать созидательную деятельность.
В одном из первых советских лагерей, Соловецком, таких инициатив заключенных было особенно много. Так, в 1925-1937 годах там действовало "Соловецкое общество краеведения", посылавшее отчеты в Центральное бюро краеведения и Академию наук.
Один из его членов, Алексей Вангенгейм, также инициатор создания и первый председатель Гидрометеорологического комитета СССР, писал домой в 1934 году с первыми сомнениями:
"Обращение к тов. Сталину, к Кагановичу, Калинину, заявление в приезжавшую Комиссию — пока безрезультатны. Тревога невольная в душе, что правда никому не нужна. Невольно подкрадываются ужаснейшие сомнения. Пока я их гоню".
9 октября 1937 года Алексей Феодосьевич был приговорен к расстрелу. Приговор был приведен в исполнение менее месяца спустя в урочище Сандармох, в Карелии.
Многие ученые, целые научные школы и организации подвергались репрессиям в годы советской власти. Подробнее об Алексее Вангенгейме и других репрессированных сотрудниках Центрального бюро краеведения и Гидрометеорологического комитета СССР читайте в материалах нашего сайта в разделе "Репрессированная наука".