Поезд на Москву завершал свой ночной рейс. Синхронно позвякивали ложки в стаканах и сопели пассажиры, а некоторые из них храпели после жареной курицы и сонного пива.
Два пассажира не спали. Они интеллигентно допивали бутылку коньяка и вполголоса разговаривали.
- Мне кажется, что причина нашей бессонницы прячется на дне еще одной бутылки, -говорил один, лет тридцати пяти, полный, с животиком. На нем был галстук, который уже съехал, а на рубашке наблюдались несколько пятен то ли от сала, то ли от супа в пакетиках.
–Нет, она будет лишней, – говорил второй, худощавый мужчина, лет сорока, в спортивном костюме. Они сидели на одном месте и пытались разговаривать шепотом, так как напротив кто-то спал.
– А мне кажется, что сейчас такая ситуация, когда
лишний только третий, – сказал тот, что с животиком.
–Ну не знаю.
– Отставить, я знаю. Мы же с тобой встретились где? В поезде. Правильно.
Разговорились. Тоже верно. И первое и второе отметили. Гениально. Теперь нужно выпить за третье.
– За что?
– Как за что? За то, чтобы поезд благополучно доехал до нашей родины, города-героя Москву.
– Я не знаю.
– Я знаю, Федор. Положись на меня.
–Игорь.
– Знаю, Игорь. Минуточку, – сказал полный, подошел к сидению напротив, на котором мирно спал пассажир.
–Извините. Изви-ни-те! Не просыпается. Крепко спит. Человек,
человек! Вот, спит. А мы с ним...надо же, с ней... поступим по военному,
– он приблизился к спящей, усмехнулся, посмотрел в темноту с желтыми бликами на окнах и прокричал.
–Полундра!
Женщина резко вскочила, снесла со стола пустую бутылку. Та в свою очередь упала, снесла два стакана. – Что? Кого? Зачем? –кричала пассажирка.
– Вот это просыпание! –оценил полный.
– Мне кажется, ты ее напугал, –заметил худощавый.
– Да ладно, напугал. Да я и не умею. Развлек – вот это другое дело. Минуточку, - сказал мужчина и стал приподнимать сидение. Женщина была «в теле». Под стать ему. Но не сейчас.
– Да что происходит-то? –спросила женщина, еще не понимая, что происходит. Она видела в сумраке два лица – одно ухмыляющееся,
другое – испуганное.
– Гражданочка, не могли бы вы подняться, чтобы мы могли взять наш чемодан? Он нам позарез нужен.
– Вот еще...
– Не понял.
–Попробуем разобраться? – спросила женщина, оттолкнув полного. Тот сел на худого, который был не в восторге от этого. Женщина была не из легких.
– Сядь на свое место.
–Мое сверху.
–Помочь добраться?
– Не надо.
– А то бы я помогла. У меня на таких, как вы, чесотка правой руки начинается. Она так и просит почесать.
– Вы хотели разобраться? - напомнил худощавый,
– Я спокойно спала, мне что- то снилось, не ваше дело, что. Но сон был приятный. Мне нравится спать в поезде, такая романтика...
– Да как же без мужчины и романтика? – спросил полный.
– Вы хотели сказать, как же без секса...
– Нет, я хотел сказать без мужчины...
– Нормально, я не спала двое суток. Что смотрите? Не важно. Не спала и все. Так было нужно.
–Если было нужно, – повторил худощавый.
– И я так хорошо уснула, мне снились какие-то утки на воде, такая обычная картинка в парке. Но как было хорошо ее видеть. Мне даже показалось, что я та самая уточка, и плыву, плыву... если бы не охотник, который меня выследил и не протаранил своей картечью... и бедная уточка была поражена...
–Поэтично, – сказал худощавый.
– ... поэтому ваши действия до утра отменяются. Уточка не в силах по
шевелить крылышком.
– Минуточку. Уточка, в смысле девушка, войдите в наше непростое положение. Мы труженики города Москвы, делаем наш город лучше и чище.
Она не ответила, но что-то сказала в подушку и только «Для них пить и очищать одно и то же».
– Мы сходим, – сейчас наша станция, – с досадой произнес полный.
– Нас будут встречать и очень удивятся, что нас нет. А еще больше удивятся тому, что причиной была девушка, которая перекрыла доступ к нашим вещам. Друг, Коля...
– Игорь.
– Хочу тебе сказать, Игорь, что мне будет стыдно взглянуть в глаза своей жене. Она скажет, ну ты и тряпка. А я что скажу? Тряпка и есть. Но она же не знает, как я пытался, что я уговаривал эту девушку. А она...
– Не надо, вы позже меня выходите, – сказала девушка, взбила подушку так, что несколько перышек запорхало в воздухе, как мотыльки, и положила под голову. – Я слышала.
– Заговорила роща... - пропел полный, – девушка, а девушка, позвольте мне запустить руки...
– Но-но, – показала она кулак, не поворачиваясь. Мужчина посмотрел на свои руки, хлопнул и засмеялся. Тихо у него не получилось.
– Да не туда, – пробирал его смех, – куда вы сразу же подумали. У меня жена есть, и пусть вы даже очень ничего, я все же не буду злоупотреблять. Мне бы руки в свой чемодан запустить. Вот на него я виды имею.
В ответ – тишина. Мужчина прошептал:
– Девушка, я говорю, что на свой чемодан, послушайте, на свой чемодан, купленный на свои деньги, я виды имею
– Имейте дальше и не мешайте.
– У меня непредвиденные обстоятельства.
– Это какие?
– Здесь моя школьная любовь живет.
– А жена как же?
– Какая жена?
– Только что о жене говорил.
– Не лезьте в мою личную жизнь. У меня может быть и жена, и любовница, и если я захочу, прямо в поезде совращу кого-нибудь. Например, Вас.
– Противно слушать.
– А почему противно? Если мне хорошо, и я делаю женщин счастливыми, разве плохо? Вы спите. Как сели –спите, неужели не хочется поговорить, выпить с нами? Ну ладно, не пьете. Но посидеть, поделиться.
– Мне не чем с вами делиться. Да и не хочется.
– А почему?
– Вы не располагаете.
– Но я могу исправиться, – приблизился полный к девушке. – Вы только позвольте мне взять из чемодана...
– Нет, – резко сказала она. Тот снова сел и в очередной раз на худощавого.
– И чтобы тихо.
–Непробивная какая, – шепотом сказал тот своему другу.
– Да, из таких женщин шпалы делать, – ответил друг.
– Вот что может ее сдвинуть? – начал шептать своему соседу.
– Ничто, – среагировала девушка. – Я все слышу. И если надо, я могу крикнуть. У меня голос громкий.
–Разве что если поезд сойдет с рельс, тогда она подвинется,- предположил полный.
– Это исключено, – послышался ответ с места напротив.
– Почему? Но предположим и это. Не сходил все, не сходил, а тут
– раз и сошел. Для разнообразия. Шум, началась давка. Все ищут свои
вещи.
– Правильно, все смешались, и чтобы найти свой багаж, нужно перерыть один-другой, третий. Отшвырнуть один-другой. Иначе твой пропадет, наступят на него, непременно наступят.
– В такой-то давке...да уж, а если ты сервиз везешь в подарок теще или жене, тогда что?
–Нет сервиза, и бутылки коньяка тоже нет. И то и другое навсегда пропадут в перевернутом вагоне, не доехав до города двести тридцать километров.
– Но это еще ничего, главное одежду кровью не запачкать. Ведь кому больше всех везет?
– Кому?
– Тем, кто едет на второй полке. Они ведь падают сверху на лежащего снизу. А там уж берегись.
– Но знаешь, что я думаю, Фе...Игорь, тут как повезет, как повезет. А везет тому, кто полный. Вот мне бы повезло, а тебе нет, тебе лучше на верхней лежать, а мне на нижней, тогда у нас хорошее падение получится. Ты представь, что будет, если бы наоборот получилось. Я бы упал на тебя.
– Вы что...специально? – не выдержала девушка.
– Кто? – удивился полный.
– Мы? Отнюдь. Мы просто предположили, как лучше лечь, чтобы остаться в живых при крушении поезда.
– Каком крушении? –заметно нервничала девушка. – Мы что, должны подвергнуться крушению?
– Нет, мы просто предположили.
–Не надо предполагать такое.
–Но как предположение это возможно.
–Не надо! –закричала девушка.
– Знаешь, –сказал полный, – что, если мы сейчас в соседний вагон сходим? Мне кажется, что вагоны расхлябаны.
–Пошли, – согласился худощавый. – А то недавно слышал про то, как один поезд два вагона потерял. Представляешь, спит дамочка, снится ей сон про дом, как она приедет, как ее встретят, а тут просыпается в поле.
Дама перевернулась на другой бок.
– Да, все может быть. Вот мы в каком вагоне? В предпоследнем. Значит риск у нас есть.
Вагон был полон, все места были заняты. Люди не могли так долго оставаться безучастными ко всему тому, что происходит. Один из ближайших не выдержал и пробасил:
– Может быть, ему шею намылить?
– За что? – робко спросил полный.
–За то, что народ баламутишь.
– Да кто баламутит?
– Ты. Если я еще раз услышу, то милиция будет здесь вам колыбельную петь. У них есть несколько методов.
Полный откашлялся, сказал худому:
– Пошли в вагон-ресторан. Народ какой-то...злой что ли. Да и эта фурия. Не понимает шуток. У нее видимо муж никогда не шутит. Он у нее зануда. Вот и она тоже такой стала.
Пишите свои советы, вопросы в комментариях или на почту: roma-tea79@mail.ru До встречи!