Рыбак тот жил один, семью давно покинув
И в лес один уйдя, спокойно рыб ловил.
Суетный этот мир без жалости отринув,
Себя он мизантропом зачем-то возомнил.
Но было рыбака иным предназначенье:
Моргана приходилась ему родной сестрой
И лишь ему доверить могла она спасенье
Малютки, что прославит эпоху как герой.
Вот так они и жили, рыбак и сын принцессы,
Мальчонка был смышлен, шустр и длинноволос.
Рыбак к нему проникся, но ждал судьбы эксцессы,
Ведь не простой младенец в его лачуге рос.
Нередко навещала отшельников Моргана,
Колдунством покидая принцессину тюрьму.
Так мать могла следить за ростом мальчугана,
Спокойно отойти однажды чтоб во тьму.
И день тот наступил. И верная Моргана,
Смогла, скорбя безмерно, глаза Игрэйн закрыть.
И стоя молча подле могильного кургана,
Моргана поклялась однажды отомстить.
И сразу же покинув тот холм и башню ночью,
Моргана поселилась у брата-рыбака.
И сыну рассказала о деве беспорочной,
Той, что свела в могилу безмерная тоска.
Был Марципан в смятенье, сын матери мятежной:
«А я не знал и детство в безделье проводил,
Пока она страдала там в башне. Безмятежно
тут рыб, ужей, лягушек я в тишине ловил!»
Метался он как зверь, чело накрыло тенью.
Моргана попросила его удобней сесть,
Сказала: «От тоски есть верное леченье,
что просто и надежно, с названием кратким МЕСТЬ!
Я с братом помогу тебе всего добиться,
И чары призову, коль будет в них нужда.
Ты должен быть готов с врагом коварным биться,
Лишь битвой разрешится кровавая вражда».
Дал клятву Марципан под старым мрачным дубом,
В свидетели Моргану и рыбака призвал,
Что да не забоится он никакой зарубы,
И за мечом волшебным во мглу он ускакал.
А что же наш колдун? И Вульфик жесткосердый?
Раскаялись они, принцессу погубив?
Злодейства продолжаются, страдают молча смерды,
А знать прокрастинирует, на всё вокруг забив.
Но как-то ввечеру колдун раскинул карты,
И тут же все узнал про внука короля,
Что рос в лесной глуши, ну а сейчас с азартом
Готовится отмстить, минуты не дремля.