Экстрафильм от 29 сентября 2012 г.
Мы с Альмой быстро переставляем ноги. Идём по болоту, заросшему травой выше роста человека, выдёргиваем сапоги из жидкой зловонной жижи, раздвигаем жёлтые засохшие стебли и всё идем, идём, идём... Конца пути не видно.
Светит яркое осеннее солнце, но на горизонте огромная чёрная туча. Жарко. Докучают насекомые. Альма спотыкается, чуть не падает, я подхватываю её, чувствую запах кожи от её чёрной куртки-косухи и пота. Мне нравится этот запах, нравятся прикосновения. Они волнуют меня и наполняют грудь трепетом.
Мне вообще очень нравится Альма. Она моложе меня, ей не больше тридцати, невысокая, стройная. Волосы цвета пожухлой травы выбиваются из-под красной косынки. Да. Она мне очень нравится, только не дурацкое имя, которым она себя назвала. Интересно, как её зовут на самом деле? Как я вообще могу думать об этом в данный момент? Не понимаю.
Нам нужно успеть до срока пересечь болото. Там, в самом конце, начинается сухая твёрдая земля. Альма отстаёт, чертыхается. Я беру её узкую влажную ладонь и тяну, увлекая спутницу за собой. Вдруг неожиданно мы выходим из соломенных зарослей на твёрдый берег. На пригорке здание – бетонный куб, похожий на ДОТ времён Второй мировой. Только вот ни дверей, ни окон не наблюдаем.
Обходим вокруг, с тыльной стороны крохотная металлическая дверь. Открыто. Попадаем в неожиданно большое помещение, заставленное стеллажами ячеек с дверцами и длинными номерами на них. Нас встречает человечек в белом халате. Именно такими изображают научных сотрудников. Плотный, приземистый, с большой залысиной на лбу и в очках с толстыми линзами.
– Ну что, Иваны? Готовы назвать всех своих предков поимённо?
Алма замычала что-то, мотая головой. Я говорю, что знаю, как прадеда по матери звали, когда и где жил и кем был. По отцу только про деда с бабкой могу рассказать.
– Ну, вот и всё! А вы что хотели, родные мои? Думаете, мы тут за вас всё должны знать? У нас и так работы хватает! Если индивид не собирает свой кластер сам, то и все предыдущие файлы бесполезны. Ветви не работают, и их чистят, как мусор. А вы удивляетесь, почему так плохо живёте, Бог оставил вас, ноете, жалуетесь, болеть начинаете...
Вот, смотрите на политиков и бизнесменов. Думаете, они своими талантами всего добились? Наивные! Любой известный вам толстосум, Билл Гейтс, например, знает своих предков на 300 лет назад! Вот его кластер, – "ботаник" подходит к ближайшему стеллажу и выдвигает ящик на роликах. – Глядите.
Мы с Альмой видим серебристый стержень от дверцы к задней стенки выдвижного ящика, и на нём быстро вращаются диски наподобие наших компакт-дисков, ярко-синего цвета.
– Видите, сколько файлов? Каждый из них – ушедший предок. Если потомки знают о них, общаются с ними, то все файлы, объединённые общим стержнем, трудятся на потомка. Их сила и энергия помогают живущим во всём и везде.
А вот другой пример, – выдвигает ящик из соседнего стеллажа. – Что тут у нас?
Мы заглядываем внутрь, там один желтоватый диск медленно поворачивается вокруг своей оси на стержне.
– Знаете, что это? – продолжает "сотрудник". – Это мама Ивана Смирнова, который сейчас беспробудно пьёт в двушке, доставшейся от неё в наследство, на первом этаже хрущёвки. Она рассказывала сыну, что его папа был лётчиком и разбился, когда Ваня ещё не родился. А теперь от Ивана ушла жена и забрала детей. Любовница сказала ему больше ей не звонить. Завод, на котором он работал, закрыли, потому что единственной его продукцией были линзы для светофоров, а светофоры теперь делают на светодиодах, и линзы никому не нужны.
Мама очень хочет помочь сыну, но сын-то о ней даже не вспоминает. Он себя, несчастного, жалеет.
Теперь уходите. Большего я сказать не имею права. Кто хотел – тот понял.
Выходим наружу из бетонного склепа. Солнце заволокло тучей, холодный ветер несёт в лицо жёлтые листья, накрапывает дождь. Альма прижалась всем телом ко мне и шепнула: "Меня на самом деле Аней зовут"...
Читать все экстрафильмы с самого начала: https://zen.yandex.ru/media/id/5d014096648e8900ac545e10/vechnaia-doroga-5d01482a7839c500ae7690ef