Начало рассказа «Пожалуйста, вернись!»
Глава 19
Катя долго всматривалась в строки, написанные отцом, словно пыталась понять и прочувствовать, что творилось у него на душе, когда он писал эти слова. Девушка поняла вдруг, что ей очень хочется увидеть его, поговорить, понять, почему он так с ними поступил, но одновременно с этим ей не хотелось причинить боль матери. Понимала Катя, что Пелагея будет совсем не рада этой встречи с прошлым.
Мать перебирала фотокарточки, вглядываясь в следы ушедших дней, старалась не смотреть на дочь.
Катя отложила письмо и села рядом. Сколько они так просидели - даже не заметили.
- Мама, ты не будешь против, если я приглашу отца на свадьбу?
Пелагея подняла усталые глаза на Катерину, сняла очки и захлопнула альбом.
- Дело твоё, как скажешь, так и будет.
- Но, я просто не знаю, как ты отнесёшься к его приезду.
- Спокойно, столько лет прошло, забылось все давно, - женщина встала и вышла из комнаты.
***
Она видела его лишь на старых пожелтевших фотографиях, никто, даже мать ей не рассказывали о нем. Только обрывки той старой истории, о которой девушка предпочла бы не знать.
Отец и дочь встретились на вокзале, Иван стоял у окна, и разглядывал поезд подошедший к перрону, а Катя остановилась в нескольких шагах от мужчины и застыла в нерешительности.
Он тут же повернулся к ней, будто бы почувствовал...
- Дочка? Катя!
Девушка бросилась к отцу, вытирая на ходу слезы.
- Что же ты...не плачь, ну полно, все хорошо.
Тот Иван, который предстал перед Катериной разительно отличался от изображений на материнских фотокарточках. Это был уставший, постаревший мужчина, в старом заношенном пальто, руки его дрожали, то ли от волнения то ли от усталости...
- Ну, идём, - потянула его девушка за рукав.
Мужчина стоял, топчась на месте в нерешительности.
- Я...решил остановиться у знакомого, тут недалеко от вокзала.
Катя нахмурилась, с самого утра она готовилась к встрече с ним, напекли с матерью пирогов, щи наварили.
- Из-за мамы не идёшь?
Он прикрыл глаза.
- Я виноват перед вами, с этого надо было начать, слишком много ошибок наделал я в жизни.
- Мама не против, как же так, - развела руками Катерина. - Хотя бы ненадолго, раз ты уж так решил...
Пелагея глаз не отрывала от окна, любой силуэт, особенно мужской сегодня приковывал тут же ее внимание к стеклу. Она волновалась и одновременно с этим немного противилась встрече.
«Зинка бы обрадовалась», - с ехидством думала Пелагея, но тут же отпускала эту мысль от себя. Обещала дочери, что все будет хорошо. Вот и пришло время сдержать слово.
Женщина отвлеклась на минуту, смахивая пыль с полок, когда дверь тихонько хлопнула. Подбежала к зеркалу, поправила выбившиеся из пучка пряди волос, и выдохнув вышла навстречу.
Увидев мужчину замерла, приложив платок к губам.
- Здравствуй, Пелагеюшка. Не думал, что когда-нибудь свидимся, - Иван снял фуражку, повесил ее на крючек и поставил чемодан в уголок, как и делал это раньше.
Мужчина огляделся - в доме практически ничего не изменилось, тут же тоска легла на душу неподъёмной глыбой. А все ведь могло бы сложиться иначе, но время утекло сквозь пальцы, нечего жалеть...
- Здравствуй, Ваня, - произнесла Пелагея. - Проходи, коль приехал.
В тот вечер впервые за двадцать лет семья собралась за одним столом. Иван, немного освоившись, и пропустив стаканчик другой, рассказывал о своём приморском северном городке, показывал фотографии, и даже привёз гостинцы матери и дочери. Но все это было не то, пропасть разделала их, и не склеить не собрать уже было ничего...
***
- Новость слышала? - шептались на улице тем временем соседки, весть эта летела от двора к двору, и к вечеру весь посёлок знал о возвращении Ивана.
- Зинка, слышь, Ваня приехал и сразу же к Пелагее, говорят пол дня прихорашивалась, платье нарядное самое одела.
Зинаида побледнела, доставив немало удовольствия бабам, но ничего не ответила. Долго ещё всматривалась она в окна дома напротив, вот колыхнулась дверь в сенях, из дома вышел мужчина.
"Ванечка, Ванюша!" - выдохнула она, припав к окну...