Продюсер Бари Алибасов, выписавшийся из больницы, вернулся в свою двухэтажную квартиру — ту самую, где он по ошибке выпил средство для прочистки труб. Бари Каримович предстал перед нашим музыкальным обозревателем Артуром Гаспаряном в банном халате, выглядел неплохо, но говорил очень странные вещи.
Мы попытались выяснить у Алибасова, что с ним происходило в момент отравления и после, но ответа так
Продюсер Бари Алибасов, выписавшийся из больницы, вернулся в свою двухэтажную квартиру — ту самую, где он по ошибке выпил средство для прочистки труб. Бари Каримович предстал перед нашим музыкальным обозревателем Артуром Гаспаряном в банном халате, выглядел неплохо, но говорил очень странные вещи.
Мы попытались выяснить у Алибасова, что с ним происходило в момент отравления и после, но ответа так и не получили. Бари говорил о поездке в швейцарский город Монтрё (он довольно часто там бывал), о каком-то шоу, взрывах, черных мотоциклах... И о том, что ему вкололи какие-то вещества.
Странное поведение Алибасова связывают с остаточным эффектом от седативных препаратов, которые использовали в больнице, но действительно ли это так?
Ранее в окружении Бари утверждали, что его собираются отправить на самолете в казахский санаторий, где к продюсеру даже приставят охрану. Однако пока Алибасов, как видим, находится дома.