Из цикла рассказов "Кружевные сказки"
Вы про Веню Жарова не слышали? Так послушайте…
Жил он у нас, в Ковырине… Ну, это по-старому Ковырино, а по-новому – Октябрьский посёлок. Вот и жил Веня то ли на Гончарной улице, то ли на Народной. А может и на Гагарина.
Обычный парень был. В школе не очень хорошо учился, но не хулиганил. Жил вдвоём с матерью, без отца (не знаю уж почему).
Дома там были деревянные, двухэтажные, на несколько семей, с печным отоплением.
За водой на колонку сходить, дров наколоть, печку истопить – это любой ковыринский мальчишка умел. Вене Жарову помимо того дано было: сломалась у матери машинка швейная – он разобрал, собрал, починил; попросил из соседней квартиры мальчишка ружьё сделать, чтобы пульками стреляло – лучше, чем себе смастерил; перегорел утюг электрический – и его наладил… Ему лет четырнадцать было, когда уже говорили: «Веня Жаров – мастер на все руки».
Особенно же хорошо с деревом умел обращаться – игрушку ли малышу вырезать, скворечник ли сколотить, матери кружевнице новые пяльцы сладить – не просто хорошо сделает, а ещё и красиво.
Откуда ему такой талант, от отца или от деда? - того не знаю.
Вырос Веня большим, сильным (в шестнадцать лет уж мужик мужиком) и добрым. После школы сразу работать на завод пошёл. Потом в армию. Вернулся оттуда в голубом берете – в десанте служил.
Снова на завод поступил…
Вот однажды шёл он домой с работы. А у окна на первом этаже сидит девушка, кружево плетёт… Такая красавица… А ведь это Алёнка, с которой с самого детства в одном доме живут! Будто глаза у него открылись, а до того и не видел её…
Стал он её звать погулять, так и эдак на улицу вызывал. Но не соглашалась она, как он ни подкатывал. Один ответ: «У меня заказ, плести надо».
Стал он думать, чем удивить красавицу. И надумал: «Хочу, чтобы все знали, что здесь кружевница живёт, чтобы все видели, какие она замечательные кружева плетёт!» Решил окно, у которого она сидит-работает, деревянным кружевом украсить. Узоры на материных кружевах насмотрел да и выпилил наличники: тут тебе и плетешок, и вилюшка, и насновка – и всё деревянное. Хотел уж к её окну приколачивать.
Алёна как увидела, говорит:
- Так у нас же в каждой квартире кружевница живёт. Да и сам подумай: дом на барак похож, а одно окно в кружеве. Давай уж на все окна... Тогда и гулять с тобой пойду.
А окон – сами считайте: два этажа, по каждой стороне четыре окна на этаж…
Долго Веня работал. Сделал. Как по всем окнам деревянное кружево пустил – изменился дом чудным образом. Был бараком, а стал теремом. И всем видно, что живут в этом тереме кружевницы.
Ну, не долго Веня с Алёной гуляли, скоро поженились. И жили счастливо.
Где дом-то этот? Теперь уж не упомню, давно я из Ковырина в другой район переехал. Но что был такой дом, а может, и по сей день есть – ручаюсь. Веню Жарова многие помнят, да и жена его, Алёна Михайловна, кружевница в Вологде знатная.