Воловская Хатынь – так порой называют село Вышнее Большое. В декабре 1941 года фашисты согнали в избу местных жителей и пленных красноармейцев и сожгли заживо 56 человек. События тех далеких дней воссозданы по воспоминаниям жителей села – очевидцев страшной трагедии. ⭐⭐⭐ Как звучит тишина По воспоминаниям Е. П. Пикаловой и И. В. Пикалова. 1975 г. ЕЛЕНА ПЕТРОВНА ПИКАЛОВА: — Мы знали, что где-то там идет война. Но не верилось, что она дойдет до нас, приступит вплотную. Был ясный зимний день. Вышла снять выстиранное белье. И вдруг — грохот. Глянула вдоль улицы, а они едут. Влетела в хату: «Куда деваться?!» Мать едва успела затолкать нас с сестрой на печь, как растворилась дверь, и вошли немцы. На нас — никакого внимания: как воры, шарят по полкам, чулану, видно, голодные были. А пока искали еду, прихватили мое небесное платье, видно, ничем не брезговали. Тут меня такая злость охватила: думаю, ты своей «фрау» отошлешь, а мне надеть нечего. Гляжу сквозь занавеску: люди как люди, вроде бы н
Воловская Хатынь – так порой называют село Вышнее Большое. В декабре 1941 года фашисты согнали в избу местных жителей и пленных красноармейцев и сожгли заживо 56 человек. События тех далеких дней воссозданы по воспоминаниям жителей села – очевидцев страшной трагедии.
⭐⭐⭐
Как звучит тишина
По воспоминаниям Е. П. Пикаловой и И. В. Пикалова. 1975 г.
ЕЛЕНА ПЕТРОВНА ПИКАЛОВА:
— Мы знали, что где-то там идет война. Но не верилось, что она дойдет до нас, приступит вплотную.
Был ясный зимний день. Вышла снять выстиранное белье. И вдруг — грохот. Глянула вдоль улицы, а они едут. Влетела в хату: «Куда деваться?!» Мать едва успела затолкать нас с сестрой на печь, как растворилась дверь, и вошли немцы. На нас — никакого внимания: как воры, шарят по полкам, чулану, видно, голодные были. А пока искали еду, прихватили мое небесное платье, видно, ничем не брезговали. Тут меня такая злость охватила: думаю, ты своей «фрау» отошлешь, а мне надеть нечего. Гляжу сквозь занавеску: люди как люди, вроде бы ничего особенного, а страх берет, сама не знаю почему. А когда они уходили, вот мы горя хлебнули. Хотели нас всех посогнать и с собой прихватить. Спасался кто как мог. Мы с сестрой и подругой бросились вдоль канавы какой-то. По всему селу стрельба, самолеты налетели. Сестра с подругой упали на снег, притаились. А мне пальто новое жаль. Девчонки кричат: «Ложись!», а я боюсь его испачкать. Ведь единственное. Опомнилась в канаве — девчонки затащили. Как вернулась домой — не помню.
После этих трех дней наступления и отступления немцев мы уже знали, что такое война. Как-то сам по себе стих смех (ведь до этого мы все-таки собирались на посиделки у кого-нибудь), а теперь как отрубило. Взрослыми мы как-то сразу стали. И потом уже, когда фашистов во второй раз выгнали из села, я бывало выйду на улицу — тишина кругом, а мне так и кажется: вот сейчас они опять загромыхают по селу. И долго так казалось... Вот только в последние годы отошло чуток.
Восставшие из пепла
ИВАН ВАСИЛЬЕВИЧ ПИКАЛОВ:
— Ворвались немцы и приказали: «Никому не выходить — расстреляем». Сквозь открытую дверь увидели, как в соседнюю нежилую избу сгоняли стариков, детей. Среди них были и местные, и те, кого накануне немцы привели с собой. Набили дополна хату, закрыли дверь. Облили ее бензином и подожгли. Жарко полыхала изба. Мать расставила нас около окон и приказала: «Если вдруг огонь перекинется на нашу крышу, прыгайте в окна». Семеро нас было в семье. Старшие поставили рядом с собой малышей и приготовились спасаться. Вдруг услышали треск бревен — рухнул верх на горящей хате, а следом — автоматные очереди...
Глубокой ночью раздался стук в дверь. На пороге молодой парень, сосед наш. Ему удалось спастись только потому, что он сидел в печке. Из восьмидесяти сожженных уцелели еще двое военнопленных.
Войти в сгоревшую хату жители смогли только через день, когда отступили немцы ...На печи сидел, скорчившись, мальчонка лет девяти. На голове — чугунок, видно, думал так спастись. Дотронулись до фигурки — рассыпалась. Так и не смогли собрать даже остатков. Только серый пепел лежал толстым слоем.
Спустя четверть века на месте гибели восьмидесяти неповинных ни в чем людей был установлен обелиск.
⭐⭐⭐
ПОНРАВИЛАСЬ СТАТЬЯ? ПОДПИСКА, ЛАЙК И РЕПОСТ БУДУТ ЛУЧШЕЙ БЛАГОДАРНОСТЬЮ