Сказка про царя Путидона. Не Пушкин!

Сказка ложь, да в ней намек добрым молодцам урок.

В некотором царстве в некотором государстве жил да был царь Путидон. Не обладая особыми талантами, наш царь вполне недурно справлялся со своими царскими обязанностями: экономика понемногу росла, знать в шелках да злате купалась, обычные подданные царя тоже на судьбу не гневались.

Но с некоторых пор Путидон стал замечать, что любимые его боярушки аки чем недовольны. На царских пирушках, которые в своем дворце царь-батюшка регулярно устаивал для великосветской знати, пропал былой задор. И вроде заморское шампанское, как и раньше лилось рекой, а царские столы ломились от обилия заграничных яств и деликатесов, да вот только бояре сидели все понурые с кислыми мордами как щи в общепитовской столовке.

Уж не было того веселья и того задора как раньше, когда подвыпивший воевода, друг царя еще с детства, левой рукой усыпанной драгоценными перстнями обтирал бороду от налипших икринок, а другой хватал за осиную талию первую попавшуюся танцорку из приглашённой труппы, тащил её в дальний угол залы и обрывая царские портьеры придавался с несчастной амурным утехам. Ах, как было весело, когда первый царский советник, двухметровая детина, напившись и нанюхавшись всего, что только попадалось ему под руку, неуклюже пошатываясь в такт звучащей со всех усилителей музыке, споткнулся о лежащую в бессознанке графиню Ротенбург перевалился через парапет балкона второго этажа и с грохотом упал в бассейн, вода вышла из берегов окатив всех, кто находился рядом. Вот была тогда потеха, все кто вымок стали срывать с себя наряды и прыгать нагишом в изрядно обмелевший резервуар. Завсегдатай царских приемов великий князь с Кавказа Зан Рам несмотря на религиозные табу, всегда веселился так как в последний раз, тут тебе и лезгинка с автоматной очередью, и танцы с кинжалами, и дурацкие пари, граничащие со здравым смыслом. В общем жизнь в государевом царстве была прекрасной и беспечной до той поры пока бояр не разбила неизвестная науке хандра.

Забеспокоился тогда Путидон, и приказал своему верному помощнику Сережке Кириёшке выяснить причину понурого состояния своих вельмож.

Неделю другую не было ни видно, ни слышно Кириёшку, а на третью явился он к царю-батюшке с толстенным докладом на семистах страницах.

Царь так и ахнул: «Это что ж мне все читать? Ты лучше Сережа своими словами мне коротенько так растолкуй что почем, чтоб я мозг свой попусту не забивал».

И рассказал тогда Кириешко царю о причине, той загадочной хандры в которую все его придворные впали. Оказывается, в последнее время им трудно стало себя ощущать знатью на фоне всеобщего повышения благосостояния.

Как же ощущать себя великим князем и есть икру, когда эту икру обычный инженер позволить себе может? Как же можно радоваться покупке новой кареты, если уже и мелкий купец, пусть и в заем, но может позволить себе такую же. Как радоваться дворцу, если твоя горничная в ипотеку купила однушку в престижном районе. Как отдыхать не море в пятизвездочном отеле, когда того и гляди у стойки пляжного бара нос к носу столкнёшься с клерком одного из своих предприятий.

Ох и призадумался тогда Путидон, как же так сделать чтоб все довольны были? И знать, как прежде веселилась, и народ сильно не серчал.

Наш царь Путидон, хоть и не Соломон, но кое-какой мудростью обладал, и сделал так чтоб в его царстве-государстве всем жилось как надо!

И решил он тогда национальную валюту обвалить в три раза, дополнительными налогами граждан обложил, брал за все: за то, что пользуешься брал, но еще больше брал если не пользуешься, пенсионный возраст на восемь лет повысил, а чтобы челядь не роптала ввел строгий запрет на оскорбление высшего чиновничьего сословия.

Дабы население царства вовсе с голоду не подохло царь-батюшка удумал их духовной пищей кормить. Нанял лучших поваров и те с утра до ночи по всем царским телеканалам её тоннами народу отгружать стали. А чтоб народ не тошнило от таких угощений и не возникало в их головах помыслов дурных и бездуховных о свержении царской власти, Путидон развязал войну с соседним государством и самых пассионарных холопов туда направлять стал, где они в пучине воины и победобесия гинули если не тысячами так сотнями.

С тех пор установился мир и порядок в царстве Путидона, знать теперь довольна, пуще прежнего кутит и веселится, народ, оболваненный царской пропагандой, винит во всех своих злоключениях царей заморских и в патриотическом угаре все активней Путидона поддерживает.

В общем жили они долго и счастливо, хотя не все долго, и не все счастливо, но жили вместе как одна большая дружная семья.

Конец.