Моя мать любила меня, а я её – нет. Страха не существует. Только пустота и её осознание. Осознание и его пустота – два единственных спутника Земли. Луны не существует, её придумали Pink Floyd.
Я щурюсь, разглядывая темноту за окном – по материи транслируется моя мысль, только для меня. Мать любила меня. Я сжималась каждый раз, когда она обнимала меня. Вспоминала её обвисшую грудь и большой живот, затянутый в корсет для похудения – я делала из него себе кокошник, а из пледа – платья. Она мыла окна голой. Люди внизу удивлённо рассматривали её брюхо и старые кружевные трусы. Меня первый раз рвало от алкоголя, я вспоминала её толстые руки, как в детстве она обнимала меня ими во сне, а я никак не могла уснуть – жир стекал по моей пижаме. Она и спала голой. Удар, второй, третий. Мне было четыре и не больно. Она злилась, хотела, чтобы я заплакала. Била сильнее и чаще.
Я молчала – уже всё равно, делай, что хочешь. Она начала бить бляшкой толстого коричневого ремня. Через несколько минут бляшка отлетела в угол. Она подняла её и приказала мне встать в этот угол. Я была наказана – моя жирная задница сломала её любимый ремень. Через несколько часов я упала в обморок. Она заботливо уложила меня в кровать. — Тебе не нравится твоя мать, да?
Ты тоже мне не слишком нравишься. Знаешь что, раз так… Я сидела в ванне. Она выхватила у меня из рук душ и направила его мне в лицо. Любящая материнская хватка не давала мне увернуться от воды. Я начала захлебываться. Она всё сильнее сжимала мой загривок. Мама-кошка умыла своего котёнка и в страхе отшатнулась. Сбежала. Никогда не довершала начатого. Сколько раз обещала мне покончить с собой, но не смогла даже убить меня.
Когда-нибудь ты будешь мною гордиться – я достигну сразу двух непокорённых тобою вершин. Уже действительно неважно – инфантильность, алкоголизм, сентиментальность или глупость. Я падаю в пустоту с точно таким же ускорением, как и все до меня. Вопрос только в том, существует ли Луна?
Омега Издательство "Включите Свет"
Дарья Васенина