Не даром говорят, что в деревнях особые силы кроются. Историю эту я услышал от одного таксиста, он славянин, родом из деревни, это видно. Историю расскажу от первого лица.
Я из маленькой деревеньки на меньше, чем на 800 человек. Часть молодежи уехала в города, оставшаяся осталась доживать свой век в глуши.. Работы мало, но при желании можно найти себе местечко на какой-нибудь ферме. Работа тяжелая. Я работал в одном колхозе. Вставал ни свет ни заря, упахивался до захода солнца.
Домой возвращался весь взмыленный и грязный, как собака. Мать моя часто баню топила, старалась всегда ее топить, чтобы я свежий спать ложился, но когда не успевала, я довольствовался ведром горячей воды. Помню, она ругала меня: «Нельзя ночью в бане мыться! Не принято! Нечего там человеку после сумерек делать…»
Спустя годы, я уже женился, обзавелся детьми, построил дом, куда и переехали жить. Время все шло… матери стало плохо, необходимо было за ней ухаживать, поэтому мы и переехали всей семьей в мое родовое гнездо. Но вскоре, она скоропостижно ушла…
После похорон мы еще на пару дней остались пожить в ее доме.
В тот день, я сидел на завалинке и курил… Тоска навалилась тяжелым камнем на душу, как только я взглянул на баню. Не раздумывая пошел, затопил баньку. Она вышла такой же, как в моих воспоминаниях.
Жена и дети искупались первыми, я был последним. Когда я зашел в баню с вещами, было уже в районе 23 часов. Долго я сидел в парилке, примерно час, вспоминая прошлое, думая как жить дальше. Вдруг дверь в предбаннике открылась и захлопнулась, было слышно, что кто-то чем-то шуршит, возится… Я подумал, что жена пришла, ведь сижу я, действительно долго, она могла начать переживать.
- Уже заканчиваю! Минут 10 еще! – крикнул я ей.
Ответа не последовало. Не услышала может? Решил посмотреть, открываю дверь, а в предбаннике за маленьким столиком моя мать сидит, нарядная. Я не сразу осознал все произошедшее, кричать не стал, сознание оставалось со мной.
- Ты чего это… тут сидишь? – спросил я дрожащим голосом.
- Да вот пришла увидеться… Соскучилась по тебе очень сильно. – ответила она с холодной улыбкой.
Я смотрю на нее, а из глаз слезы. Сам понимаю, что такого быть не может, но вот же она, моя мать, сидит передо мной, смотрит на меня, только взгляд пустым кажется…
- Ты чего растерянный такой, иди за чайником сходи, чаю попьем… - сказала она, указывая головой на дверь
Я бледный как мел, босиком, с полотенцем на поясе, пошел по двору, домой за чайником. Слезы не могу остановить… Зашел домой, там жена на меня ошалелыми глазами смотрит.
- Что ты бледный такой? Призрака увидел что-ли? – спросила она, улыбаясь.
Увидев мои глаза, от ее улыбки ни следа не осталось. А я иду за чайником, голос ее, словно через пелену пробивается… Она встала в дверях, смотрит как я чайник схватил, и уже пошел.
- Дорогой, ты чего, куда ты потащил чайник?
- Да там мама моя, повидаться пришла, чаем просит угостить. В бане ждет меня. – ответил я.
У нее волосы на голове зашевелились, схватила меня за руку, не пускает, а я все тянусь, бормочу что-то, в себя пришел только после пощечины. Сразу пелена с глаз ушла, протрезвел, можно сказать. Смотрю на нее, вижу, страшно ей, а мне еще больше… С ней мы это потом никогда не обсуждали, а я зарекся ходить в баню после заката. Кто был тогда там, в бане, остается загадкой, мать бы никогда не стала вот так пугать. И что могло со мной произойти, если бы тогда на пути не оказалось жены – страшно подумать.