Игумения Агния (Сударикова)
Свято-Троицкий Белопесоцкий монастырь в городе Ступино Московской области имеет древнюю историю – первые письменные упоминания об обители относятся к концу XV века. Основателем монастыря считается преподобный Владимир Белопесоцкий, пришедший в московские пределы из Великого Новгорода. Монастырю-крепости на подступах к Кашире не одно столетие покровительствовали великих московские князья и цари. В годы советской власти он разделил общую участь большинства обителей и возродился как женский в 1993 году. Ныне его настоятельницей является игумения Агния (Сударикова). Монастырь любим паломниками, приезжающими на поклонение древней святыне обители – иконе Божией Матери «Утоли моя печали», и по общему мнению отличается духом необыкновенной доброты и сердечности. В интервью, публикуемом нами в преддверии великого праздника Пресвятой Троицы, матушка Агния делится мыслями об особенностях иноческого пути, о том, чем отличается служение современного сестричества, рассказывает о своем подходе к устроению монастырской жизни.
Матушка Агния, расскажите, какие люди сегодня приходят в монастырь, выбирая для себя иноческий образ жизни? Чем они наполнены и чем отличаются от монахов, о которых мы читаем в исторических книгах и летописях?
Разные люди приходят, но в основном – это люди, думающие, что они уже всё знают о монашеской жизни. Прочитали много книг и статей в интернете, в связи с чем чувствуют себя настолько наполненными важными знаниями, что даже игумению могут поучить. Я сталкивалась с таким явлением: человек приходит в монастырь с четким представлением о том, как должны себя вести монахиня, игумения. И если то, с чем он встречается, вдруг не соответствует правилам из душеполезных источников, он активно возмущается. Начинаются обсуждения и осуждения в стиле «всё неправильно, у вас неправильный монастырь!» Это не борьба за чистоту обителей, а проявление искалеченности наших душ, проявление болезни, которую человек начинает распространять вокруг себя. Даже простые паломники попадают под влияние такого отношения к монастырю.
Знания, с которыми современные люди приходят в монастырь, хоть и верные, но теоретические. На деле здесь каждому приходится учиться самому главному – тому, что монашеская жизнь основана на терпении и любви, иначе ничего не получится. Основа всех проблем состоит в том, что нам не хватает любви друг к другу. Поэтому не правила надо заучивать, оставленные для потомков святыми отцами, а научиться действовать с любовью. Конечно, полезно придерживаться правил, никто не спорит. Но попробуй начать их исполнять, и сразу поймешь – мы, современные люди, этого не можем. Потому что правила были записаны отцами, которые выросли на другой основе, для людей, сформировавшихся в иных социальных и исторических условиях. Мы даже в монастырь приходим больные и искалеченные душой, не готовые нести подвигов монашества прежних поколений. Мы выросли в других условиях: тепло одевались, ели вкусно…
Но ведь и раньше в монахи уходили люди из вполне обеспеченных семей.
Было такое. Однако у тех людей была другая культура – без телевизора и интернета. Этим ведь тоже питается наша гордость: я как будто «всё видел, всё знаю». В далекие времена, раздумывая о монашестве, подвиги совершали, трудились. А сегодня прочитали – и всё. В одном только этом заключена большая разница между монахами современными и монашествующими прошлых поколений: прочесть-то прочли, но не испытали и сотой доли тех трудностей, внутренней борьбы и внутренних искушений, на которых основаны выводы святых...
Поэтому нам в обители, в первую очередь, нужно стараться находить в себе силы потерпеть друг друга. Бывает так, что сестры вдруг строптивость проявляют. Возмущаются поведением других: «Человек же не должен себя так вести!» Негодуют, как вообще можно кому-то простить неподобающее поведение в монастыре? А я думаю, надо просто взять и простить. В монастыре ведь, как в семье – все ведут себя по-разному, но все вместе всё друг другу прощают. Так и здесь. Наверное, для того чтобы притереться, нужны годы.
Надо учиться слушаться. Слушать – прежде всего. Мы не умеем этого, вот что я заметила. Начинаешь говорить – тебя не слышат. Почему? Потому что внутри человека есть мнение, он им очень занят и хочет только одного – чтобы с ним согласились. Бывает, мы не даем друг другу слова сказать: оказывается, ничего нет важнее, чем высказать свое мнение. Получается, что даже простой культуры поведения не хватает. Каким бы человек ни был со своим жизненным мирским багажом, надо учиться уважать друг друга. Когда мы не слушаем, потом много шишек набиваем. Искушения выходят, или трудности в послушании и важном деле. Я понимаю, что, может быть, на фоне других сестер моложе выгляжу, кому-то в дочки, кому-то во внучки гожусь. Тем не менее, надо слышать и слушать. Монастырь основан на послушании. А когда его нет, Господь тебя учит.
Все интервью: https://monasterium.ru/