Сериал «Чернобыль» всколыхнул страну. Оказалось, многие либо плохо знают историю это трагедии, либо вообще не в курсе, что 26 апреля 1986 года случилась страшная авария на Чернобыльской АЭС.
Из Свердловской области уехало на ликвидацию аварии более 6 тысяч человек. Один из них – житель городского округа Краснотурьинск Иван Карасенко – весной 2017 года стал гостем городской газеты «Заря Урала» и ответил на вопросы журналистов.
- Когда и как узнали об аварии на Чернобыльской АЭС?
- Узнал, как и все, из сообщения по телевизору.
- В ликвидаторы, говорят, призывали только тех, у кого есть дети…
- Да, поначалу действительно призывали тех, у кого двое и более детей. Потом - у кого один. У меня к тому времени был сын. А потом вообще всех стали призывать, не важно – есть дети или нет…
- Когда вы получили повестку? Не было мысли уклониться?
- Знаете, службу я проходил до событий в Афганистане. И было немного не по себе от того, что не получил возможности выполнить свой гражданский долг. Так что Чернобыль стал для меня моим личным Афганистаном.
Повестку я получил в сентябре 1987 года. Был призван Краснотурьинским горвоенкоматом на ликвидацию аварии на ЧАЭС. Из города наша группа выехала 28 сентября. Вечером 29 сентября поездом «Екатеринбург – Челябинск» приехали в г. Златоуст. В полку химвойск нас переодели в военную форму и уже ночью поездом «Челябинск – Киев» мы направились к месту назначения. В Киев прибыли утром 4 октября. Затем на машинах нас доставили в зону отчуждения. Это, как все знают, район в радиусе 30 километров от места аварии, на этой территории никто не проживал, всех эвакуировали.
- Какая картина предстала перед вами?
- То, что мы увидели по приезду к месту катастрофы, лучше бы вообще никогда в жизни не видеть. Жизни нет, нет людей…
- Каковы были бытовые условия у ликвидаторов?
- Службу я проходил в знаменитом Уральском полку ликвидаторов, воинская часть №44332. Нас распределили по батальонам. Я попал в роту химической разведки. Офицеры жили в благоустроенном общежитии, прапорщики-ликвидаторы в строительных вагончиках, а мы, «партизаны», так нас называли в народе, жили в армейских сорокаместных палатках. Кормили нас хорошо, каждый вечер в клубе показывали фильмы. Правда, в первые дни было не до кино…
- Плохо себя чувствовали?
- Да, спустя некоторое время пребывания в зоне многие из уральцев, в том числе и я, стали ощущать слабость, головные боли, отсутствие аппетита. Но потом организм приспособился к условиям, стало легче.
- Какие работы выполняли ликвидаторы?
- Самые разные. Мы очищали крышу третьего энергоблока от радиоактивной грязи и мусора. Осушали барбадеры, то есть убирали радиоактивную воду из подвальных помещений. Работали практически без средств защиты, в простых распираторах и бахилах. Бывало, что тряпками собирали воду и выжимали в ведра.
Еще закатывали асфальт вокруг станции. Покроем все асфальтом, а через несколько дней проводятся замеры, выясняется - фонит страшно. Снова закрываем все слоем асфальта. И так много раз. Канализационные люки, которые асфальтом не покрывались, в результате оказались на дне искусственных ям глубиной около метра.
Также знаю, что Уральский полк занимался очищением зданий в Припяти, в деревнях и селах Гомельской области. Ликвидаторы мыли стены, выкапывали весь дерн до песчаного слоя. Все заборы частных домов снимались и уничтожались - они очень сильно «фонили».
- Страшно было?
- Ощущения страха не было. Было осознание того, что делаешь большое дело, важное для миллионов людей. Среди наших уральских ликвидаторов вообще не было случаев дезертирства. Все выполнили свой долг, никто не струсил, не отступил. Хотя страшная, невидимая смерть была повсюду…
- Работали только военные?
- Нет, еще были и гражданские. У них и у нас были свои дозиметристы, перед работами они делали замеры. Если радиация превышала допустимую норму, то гражданских вперед не посылали, а шли мы, «партизаны».
У каждого из нас была карточка учета доз радиоактивного облучения. В нашей партии доза по бумагам была 10 рентген. После набранной дозы нас на станцию не посылали, а использовали на работах внутри части и за ее пределами, пока не присылали замену...
Вот такой он был - не киношный, а реальный Чернобыль...