Она говорила, что любит Эмира Кустурицу. Она разбиралась в хамонах и бри с пармезанами. Но вечером в пятницу ела копчёную курицу у телека под дивидишку с киношкой Рязанова. Она говорила, что любит октябрь и Чехию. Что нравится курс декупажа в дизайнерском колледже. Но каждый июнь она быстро и радостно ехала окучивать грядки на даче в селе под Воронежем. Ей нравилось быть безупречной, немного загадочной, чтоб все ее знали такую: летяще-манящую. Носила широкую юбку, и там, между складочек, надёжно скрывала от взглядов себя настоящую. Ей нравилось быть не собой, так не больно проигрывать. И жизнь, как кино, прокрутить можно запросто заново. Что дома бардак и пижама с мультяшными тиграми она никогда ни за что никому не сказала бы. Боялась открыться, и все ее знали закрытую. Сухую, холодную, жесткую и безупречную. И лошадь под принцем асфальт разбивала копытами, спеша захватить с собой эту прекрасную женщину, но ей не хотелось ни принцев, ни замков, ни лошади, ни бри с пармезанами, ни