Существует мнение, что смертная казнь женщин во все времена и практически у всех народов исполнялась с некоторыми «поблажками», чего нельзя сказать о той же процедуре, предусмотренной для сильной половины человечества. Это не совсем так, поскольку за отдельные проступки и преступления женщин в разных странах и в разные эпохи наказывали более чем сурово, тогда как мужчинам аналогичные деяния иногда могли даже сойти с рук.
Вопреки распространенному мифу о том, что в последние годы существования СССР женщин к смертной казни не приговаривали, в открытых источниках легко можно найти сведения о том, что к такой мере наказания были приговорены как минимум три женщины. Это наиболее известные общественности истории, однако имена и фамилии некоторых преступниц, осужденных к «вышке», не числятся в списках расстрелянных, но при этом их нет также среди имен помилованных. Это наводит на мысль, что женщины все же были казнены.
Как на Руси, так и в Европе одним из самых тяжких преступлений для женщины считались убийство новорожденного ребенка и аборт. При этом русских женщин за это сажали на кол, а европейских — сжигали на кострах. Казнь и женщине, и мужчине грозила в случае совершенного ими злодеяния против государя либо убийства человека, который был выше по социальному положению. В отдельных случаях женщина все же могла рассчитывать на помилование и последующую ссылку. Смягчение приговора могло быть возможным также, если она беременна или имеет маленьких детей. Кроме того, снисхождение нередко распространялось и на дочерей знатных родителей.
Если рассматривать эпоху Позднего Средневековья, когда публичные казни были обычным явлением, можно увидеть разницу между этой процедурой для женщин и мужчин. Многочисленные историки отмечают, что на Руси казнь никогда не была любимым зрелищем для масс, как это происходило в Западной Европе. Известно, что публичные казни в Лондоне и Париже проходили как массовые представления, на которые люди ходили семьями, а особо обеспеченные из них платили за места рядом с плахой немалые суммы, тогда как на Руси во время таких зрелищ преимущественно молились.
При этом как в Европе, так и на Руси осужденные к высшей мере наказания женщины вызывали у толпы жалость. К примеру, узников Тауэра мужского пола казнили на площади рядом с цитаделью, а внутри нее, вдали от народных масс, проводились казни только женщин. Это объясняется тем, что исполнительные органы опасались, что толпа проникнется сочувствием к осужденной и станет требовать для нее помилования.
Алексей Васильев в своем труде «Смертная казнь в России: высшая, исключительная мера наказания, устрашение или политика?» отмечает, что к началу 20 века в России четко обозначилась тенденция к ограничению смертной казни. Далее он пишет: «В отличие от Уложения 1845 г. по Уголовному уложению от 22 марта 1903 г. смертная казнь (через повешение) не могла применяться к лицам моложе 21 года и старше 70 лет, а женщинам может назначаться только за посягательство на жизнь императора и его семьи». Следует отметить, что, несмотря на то, что повешение изначально предусматривалось как высшая мера наказания только для гражданских лиц (военнослужащих расстреливали), казнь через повешение в начале 20 столетия нередко заменялась расстрелом по причине нехватки палачей.
После революции «привилегии» для женщин-преступниц значительно сократились. Так, с 1922 года единственным смягчающим обстоятельством для осужденной к «вышке» могла стать беременность. Вступивший в силу закон гласил, что «не могут быть приговорены к расстрелу лица, не достигшие восемнадцатилетнего возраста в момент совершения преступления, и женщины, находящиеся в состоянии беременности». Согласно некоторым источникам, в разные периоды эта статья закона все же нарушалась.
По официальным данным, после войны в СССР смертные приговоры были вынесены многим женщинам, однако были приведены в исполнение только в отношении троих. Среди них печально известная Тонька-пулеметчица, расстреливавшая советских партизан (считается, что на ее счету расстрел более 1500 человек), Тамара Иванютина, которая вместе со своей семьей в течение 10 лет отравляла людей таллием в корыстных целях, и Берта Бородкина, руководившая сетью столовых и ресторанов и укравшая у государства более миллиона рублей. Конечно, этих трех женщин нельзя сравнить с 24 тыс. мужчин, которые были казнены в период 1962—1989 гг.