О действиях партизанского отряда Василисы Кожиной докладывали самому Наполеону Бонапарту
О жизни этой народной героини известно крайне мало. Василиса была крестьянкой, а писать биографии представителей низших сословий в те времена было не принято. Можно только сказать, что родилась она примерно в 1780-х годах. Жила в деревне Горшково в Смоленской губернии. Была старостихой - то есть женой старосты. Под этим именем - старостиха Василиса - она и вошла в историю Отечественной войны 1812 года...
После кровопролитного сражения при Бородино и пожара Москвы ожесточение русских крестьян по отношению к иноземным захватчикам достигло своего апогея. Теперь крестьяне не только не вступали в какие-либо торговые сделки с французами (как бывало в первые месяцы вторжения), напротив - они безжалостно убивали всех неприятельских солдат, которые попадали им в руки. Если отряды французских фуражиров были слишком сильны, то крестьяне попросту сжигали свои запасы и убегали в леса.
СТАРОСТИХА ШУТИТЬ НЕ ЛЮБИЛА
По воспоминаниям французов, ни где в Европе (кроме Испании) крестьянство в деревнях не оказывало им такого ожесточенного сопротивления как в России.
"Каждая деревня превращалась при нашем приближении или в костер, или в крепость", - писали французы.
Характерный штрих - когда казаки вели пленных французов, крестьяне отталкивали конвой, стремясь растерзать пленных. Озлобление против наполеоновских солдат было страшное. Именно в этот момент впервые Россия узнала Василисы Кожиной. Вот что писал журнал "Сын Отечества" в 1812 году:
"Один здешний купец, ездивший недавно из любопытства в Москву и её окрестности, рассказывает следующий анекдот, которого он был свидетелем. Староста одной деревни Сычёвского уезда повёл партию пленных в город. В его отсутствие крестьяне привели ещё несколько человек французов, захваченных ими, и отдали их старостихе своей Василисе для отправления куда следует. Василиса собрала крестьян, села верхом на лошадь, взяла в руки косу и, разъезжая вокруг пленных, кричала важным голосом: „Ну, злодеи французы! Во фрунт! Ступай, марш!“ Один из пленных офицеров, раздражён будучи, что женщина вздумала повелевать им, не послушался её. Василиса немедленно ударила его косою по голове, он упал мёртвый к ногам её, и она вскричала: „Всем вам, ворам, собакам, будет то же, кто только чуть-чуть зашевелится! Уж я двадцати семи таким вашим озорникам сорвала головы! Марш в город!“"
Но простое конвоирование пленных, видимо, не отвечало душевному настрою Василисы. Вскоре она создает партизанский отряд (значительную часть которого составляли женщины) и выходит на тропу войны.
Отряд Василисы начинает действовать на коммуникациях Великой армии: уничтожаются не только вражеские фуражиры, промышляющие в Смоленской губернии, но и отстающие небольшие подразделения французов.
НЕ ЖАЛЕТЬ!
Женщины в ее отряде подобрались "серьезные". Так, одна из них по имени Прасковья прославилась тем, что она оборонялась вилами от шести французов. Троих из них она заколола, остальные спаслись бегством.
Очень скоро отряд Василисы стал для французов "большой проблемой". Кожина вела войну по всем правилам партизанской науки: при стоянках отряда выставлялись караулы и пикеты, было организовано обучение крестьянок стрельбе из ружей, снятых с убитых солдат. Отряд Кожиной вступал в многочисленные сражения с отдельными французскими частями, отбивая у них подводы с продовольствием и припасами. Так, в ходе одной из вылазок партизаны отбили у французов десять фур с фуражом, тридцать голов рогатого скота и двадцать овец. Казалось бы, мелочь. Но, как гласит наука, количество часто переходит в качество. Теряя каждый день фураж, зерно, скот, продовольствие, французские гарнизоны в Смоленской губернии оказались на гране голода.
Рассказывали такой случай. Отступавший Наполеон, войдя в Смоленск в ноябре 1812 года, узнал о том, что продовольственных запасов в городе нет. А на них возлагали такие надежды голодающие и замерзшие французские солдаты! Наполеон в гневе велел немедленно судить и расстрелять смоленского интенданта Вильбланша. Однако тому удалось спастись.
Генералы сообщили императору, что интендантство не так уж и виновато. Все дело - в "русских разбойниках", которые здесь, под Смоленском, особенно дерзко нападают на французских фуражиров и истребляют их. И Наполеону доложили о неуловимой предводительнице Василисе и ее партизанках. Так имя простой русской крестьянки достигло ушей самого французского императора.
Конечно, воевала Василиса и другие русские партизаны, по нашим меркам безжалостно. вот такую инструкцию например, давали партизаны жителем одной деревни:
"Примите французов дружелюбно, поднесите с поклонами все, что у вас есть съестного, а особенно питейного, уложите спать пьяными и, когда приметите, что они точно заснули, бросьтесь на них. истребите всех до единого и закопайте тела их в хлеву, в лесу или в каком-нибудь непроходимом месте..."
Впрочем, крестьяне особо в инструкциях не нуждались.
В отличие от "армейских" партизан, "народные" партизаны пленных не брали в принципе. Истреблялись не только солдаты, но и все, кто находился во французском обозе: женщины, дети. А таких было не мало: вместе с французской армией из сожженной Москвы выехали и все проживающие там иностранцы с семьями. Доставалось от крестьян и русским офицерам, вовремя не "разучившимся" говорить по-французски - их принимали за неприятелей и нещадно убивали.
"БОГ ПОДАСТ..."
Деятельность отряда Василисы тем более поразительна, что велась она без всякого участия штаб-квартиры русской армии. В этом кардинальное отличие Василисы от таких прославленных партизан, как Денис Давыдов, Сеславин, Фигнер. Все они были кадровыми офицерами русской армии.
То есть фактически в 1812 году в России шли две параллельных партизанских войны: армейская и народная.
Причем крестьяне к отрядам под командованием офицеров относились с подозрением. Зачастую вооруженные крестьяне, охранявшие свои деревни, нападали на "армейских" партизан.
Так, например, партизанам Давыдова приходилось регулярно доказывать, что они - русские солдаты, прежде чем крестьяне соглашались опустить вилы и колья.
Причина проста - "уж больно одежа схожа". Для крестьян всякая форменная амуниция выглядела враждебно. Как писал Давыдов:
"Я на опыте узнал, что в народной войне должно не только говорить языком черни, но приноравливаться к ней и в обычаях, и в одежде. Я надел мужичий кафтан, стал опускать бороду, повесил образ св. Николая на шею и заговорил с ними языком народным".
После изгнания французов с территории России следы Василисы Кожиной теряются. По одной из версий, она в знак признания своих заслуг получила от императора большую сумму денег и памятную медаль. Но проверить подлинность этой информации не представляется возможным. Василисе Кожиной так же была посвящена серия лубочных картинок 1813 - 1813 годов. Широкое распространение получил лубок Венецианова: " Французы голодные крысы в команде у старостихи Василисы ". В 1813 году художник Александр Смирнов написал портрет Василисы Кожиной. Вот, в общем-то, и все, чем общество и власть отблагодарили свою отечественную "Жанну д'Арк".
Стоит отметить, что за свои заслуги в борьбе с наполеоновским нашествием русские крестьяне в массе своей не получили никакой награды. Как сказал император Александр I,
"крестьяне пусть получат свою мзду от Бога".
Поэтому если награждение Кожиной все-таки состоялось, то оно свидетельствует об ее исключительных подвигах - крестьянам давали награды неохотно.
После окончания войны Василиса вернулась в свою родную деревню и занялась привычными сельскими делами. По некоторым сведениям, у нее было пятеро детей. Предположительно, Василиса Кожина умерла где-то около 1840 года.