Баржа Т-36 и её экипаж.
Эта история началась 17 января 1960 года на берегу острова Итуруп (Южно–Курильская гряда). По причине сложности рельефа дна — поставки грузов на него осуществлялись только плавучим причалом, в роли которого выступала танкодестантная баржа. А если быть точнее — самоходная танкодесантная баржа Т–36. По своей сути это было небольшое судно размером 17 метров на 3.5 метра, и осадкой не многим более метра. А вот скорость у него была вполне приличная 9 узлов час. Такие суда ходили только вдоль берега (в трехсот метровой зоне). На сезон штормов, начиная с декабря, все баржи вытаскивали на берег. Но не в этот раз.
Приказ изменивший все
Утром 16 января поступил срочный приказ о разгрузке рефрижератора с мясом, для этих целей на воду спустили две баржи "Т-36" и "Т-97", но выходу помешал начавшийся шторм. Команды остались на борту в ожидание "окна". В ночь с 16 на 17 января шторм усилился, уже к 9 часам утра скорость ветра достигала 60 м/с, а высота волн была около 15 метров. Сильные волны сорвали швартовочные тросы и понесли баржу прочь от острова вместе с командой: командиром судна младшим сержантом Зиганшиным А. (21 год), двумя мотористами Крючковским А. (21 год), Павловским Ф. (20 лет) и матросом Федотовым И. (20 лет), который только поступил на службу. Поиски смогли начать только после того, как шторм стих. Но после того как на берегу острова нашли спасательный круг и ящик из-под угля с номером Т-36, поиски прекратили. Командование решило, что корабль затонул, а солдаты погибли. Близким оперативно отправили телеграммы, что парни пропали без вести выполнение воинского долга. Однако при этом установили слежку за родными и даже провели обыски в домах, на случай если это был хитрый план по самовольному оставлению службы. Но не такими были наши герои.
Сражение за жизнь
Все это время на борту шла настоящая борьба. Радиостанцию залило в первые минуты. В течение первых десять часов экипаж удерживал судно от столкновения со скалами пытался вернуться к берегу. Когда мотористы сообщили, что топливо на исходе, Зиганшин принял решение попытаться десантироваться на берег. У них почти получилось, правда по подходу они приложились об скалу, в результате чего баржа получила пробоину. Но это было не главной проблемой, как только судно коснулось берега, заглох двигатель и обездвиженное судно унесло в океан. Когда суша скрылась из вида за пеленой снега и бушующих волн, экипаж уже заделывал пробоину и вычерпывал воду из трюма.
Выживание и дисциплина
На второй день море стало значительно спокойнее. Моряки собрали остатки провизии. По инструкции на борту всегда должен быть НЗ на десять дней, но так как спуск на воду был экстренным, все припасы остались на суше. В общей сложности им удалось найти: один батон хлеба, несколько пригоршней гороха и пшена, одну банку жира и ведро картошки, и та была вся в мазуте, так как она закатилась в машинное отделение во время болтанки. Еще сохранилось две пачки папирос и три коробка спичек. Вода была только техническая, из охладительного контура двигательной системы. На четверых — добыча весьма скромная. Удивительно, но эти припасы удалось растянуть до 23 февраля, все благодаря высокому уровню дисциплины и самоконтроля.
Когда еда закончилась в дело пошло все, что можно разжевать — ремни, кирзовые сапоги, мыло и на десерт зубной порошок. Особым лакомством оказались ремешок от часов и кожаные детали гармошки. По словам участников этих событий все последующие дни слились воедино, так как все действия были весьма однообразными. Пока они могли стоять на ногах, команда вычерпывала воду из трюма, пыталась ловить рыбу и разговаривали.
Через 49 суток и 1960 морских миль
Утром 7 марта ребята услышали грохот, сначала они приняли его за галлюцинацию, но потом поняв что все слышат все четверо решили подняться на поверхность. Это оказались вертолётчики с американского авианосца «Кирсердж», которые заметили дрейфующую баржу. Им спустили веревочную лестницу, но команда не оставила охраняемый объект. Вертолеты весели пока не закончилось топливо затем они улетели. Когда они не поднялись на борт следующего вертолета, к барже подошел авианосец и на ломаном русском им кричали, что хотят помочь. Когда спасённых доставили на борт авианосца, команде оказали медицинскую помощь и дали еды. Командир хотел было сказать, что им нужно только топливо и продукты, а до дома они доберутся сами, но понял что его товарищи были крайне истощены. К слову сказать, каждый потерял примерно по 30 килограмм за это плавание. Всех на борту привела в шок дисциплина спасенных, они не кидались на еду и держали себя очень сдержанно. За этим следил старший сержант Зиганшин, он рос в послевоенном Поволжье и прекрасно знал о последствиях переедания, после голодовки.
На радио и в газетах
Уже на борту авианосца у русских пытались взять интервью, репортеры прилетевшие вместе с переводчиком с Гавайских островов, но ребята были обессилены и толком ничего рассказать не смогли. За то материал об их спасение появился на радиостанции "голос Америки", этот репортаж услышали соседи Зиганшина и сообщили родителям. Это было чудо.
В Советских газетах информация появилась значительно позже, власти не знали как реагировать. Статья под названием "Сильнее смерти" вышла в газете "Известия" только 16 марта. Первая из многих.
В Америке ребята произвели настоящий фурор, они даже попали в кинохронику авианосца "Кирсардж" за 1960 год.
Ключи от города
Дорога до Сан–Франциско заняла девять суток, их там ждала встреча по высшему разряду. Их разместили, приодели, привели в порядок, после чего была череда мероприятий. Мэр вручил команде "золотые ключи" от города, произнес речь, а после была большая пресс-конференция. После официальной части ребятам выделили переводчика и по сотне долларов, чтобы они смогли просто погулять и купить то что захотят. Парни почти все потратили на подарки родным. Через какое-то время их перевезли в Нью-Йорк, для отправки в Россию.
Впереди их ждала полная неизвестность, все прекрасно осознавали, что если их сочтут шпионами, то доказать они ничего не смогут. Все всё понимали, Американцы даже предлагала предоставить политическое убежище, но команда на отрез отказалась.
Возвращение домой
Вопреки ожиданиям дома парней встретили как героев, не было допросов, а сразу начался пресс-тур. В торжественной остановки им вручили ордена Красной звезды, разместили в гостинице и отправили на телевидение, потом на радио и так далее. Каждый день у команды был очень плотный график официальных мероприятий. В завершение состоялась встреча с министром обороны Малиновским, где Зингашина повысили до старшего сержанта и всем подарили штурманские часы.
После чего ребят не на долго отпустили по домам. Следующий год они не знали куда себя деть, потому что их узнавали куда бы они не пришли. О них писали песни, статьи, рисовали на плакатах и просто говорили. Знаменитости всего мира писали письма, среди них Хемингуэй и Тур Хейердал. Потом выручил полет Гагарина, и ажиотаж спал.
А ребята продолжили учиться и служить.
Конечно их подвиг не был забыт. Про них сняли художественный фильм, к котрому В.Высоцкий написал песню "Суров же ты климат охотский" или "49 дней".
Еще один занятный факт - репортеры прозвали парней стилягами на родине, по причине того, что они иногда ходили в подаренных американцами костюмах. После чего энтузиасты этого движения написали на соответствующий мотив песню "Зиганшин-буги".
Ставьте 👍, если узнали что-то новое, нам будет приятно. Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить интересные статьи.