Все смотрели популярные телепередачи, а он "Четыре танкиста и собака", Ганса Клосса и мечтал о службе в Иностранном легионе, будучи простым польским слесарем-сварщиком на фабрике в глубинке. Пустые мечты, будни простого работяги, повестка в армию... Тоска в ожидании казарменной никчемной жизни, вердикт комиссии - отсутствует образование, для специальных подразделений не годен, добро пожаловать на год простой срочки.
Три года... Лицей, постоянные тренировки, дисциплина, окончание когда-то не хватившего образования, военная комиссия. Он прошел первый этап. Что дальше? Дождь и холод в горах Бещады, оттягивающий спину рюкзак, раскисшие склоны под ногами и крики инструкторов. Постоянные тесты: физические, умственные, бревна, тысячи отжиманий, бессонные ночи и бесконечные марши, марши до потери сознания, нескончаемая усталость. Хочешь быть среди лучших? Тогда забудь про жалость к себе.
Их было около сотни изначально, он стал одним десяти прошедших отбор. Отряд Гром. Когда борт распахнул аппарель в тысячах километров от дома, оказалось, что волны в Персидском заливе совсем не так опасны и беспощадны как шторм во время тренировок на Балтике, а так знакомые вестники надвигающейся полуденной жары уже не раз оставались ни с чем. Позади недели убийственного курса SAS по выживанию в душных джунглях Белиза, позади бойня в Ливане. Он уже бывал в жарких командировках 1995-го на берег Средиземного моря - Хезбалла, Амаль, небольшая группка солдат, окруженная десятком черных мерседессов, застывшая над взрывным устройством. В тот раз им повезло. Продержавшись несколько часов, они дождались вертолета. В тот раз им повезло, а через месяц, в отместку, на СВУ взлетел их внедорожник. Но это было тогда, в прошлой жизни бывшего слесаря, еще до того, как в 1998 он прошел отбор в Гром. А что было потом? Потом было девять боевых развертываний в Ираке и Афгане. В один момент он понял, что знает районы Багдада гораздо лучше чем свою Варшаву.
Дождь. Нескончаемая пелена, покрывающая горы, и ветер. Вертушка не придет. Группа вынуждена самостоятельно выдвигаться назад. Они встречают рассвет в пути, конвоируя захваченных полевых командиров по одной из провинций Афганистана. Несколько засад и 11 километров по перевалам. Уходящие в небо вершины бесконечный дождь и противник выжимают силы, растягивая дорогу вот уже более чем на восемь часов. Информация про эту операцию навсегда окажется закрытой, как и про ту, за которую его наградили Крестом. Это осталось там - на перевалах, в четырнадцати годах службы, в ушедших друзьях и ночных операциях, в его второй жизни.