Расколотые Щиты - древний и уважаемый род Виндхельма. Вместе с Кланом Жестокое Море они контролируют все денежные потоки бывшей столицы Скайрима. Однако на момент действия игры глава Расколотых Щитов передал все заботы о семейном деле своей управительнице - данмерке Суварис Атерон, и сам практически не появляется в доках. Расколотые Щиты разорили местное представительство Восточной Имперской Компании, вступив в сговор с пиратами.
Торбьорн Расколотый Щит в 201 4Э убит горем. Серий убийца именуемый в Виндхельме "Мясником" убил его дочь - Фригги. Торбьорн сильно запил, его жена находилась в беспробудном трауре.
Торбьорн:
Наша дочка недавно умерла. Я утешаюсь медовухой, но никто не может утешить мою Тову.
На местном рынке Това предложит Авалу купить вещи её умершей дочери. И тот даст согласие. Торбьорн при разговоре с Ниранией намекнет ей на связи с Гильдией Воров и посоветует быть осторожней, потому что в поисках убийцы городские стражники могут найти и что-нибудь еще.
Муири - помощница алхимика из Маркарта после смерти Фригги приехала навестить семью Расколотых Щитов. Муири была старым другом семьи и как-то, утешая горе в местной таверне, встретила Алена Дюфона. Он охмурил Муири и с помощью нее втерся в доверие к Расколотым Щитам. Дюфон оказался бандитом, он обокрал дом Расколотых щитов и скрылся, прихватив фамильный молот семьи, именуемый "Проклятьем Эгиды". Убитые горем Расколотые Щиты вышвырнули Муири на улицу.
Любишь вселенную The Elder Scrolls от Bethesda? Ты знаешь что делать!
Вскоре убийца из Темного Братства получил контракт на Дюфона. Муири была заказчиком. Так же она попросила ассасина убить и Нильсин - последнюю дочь Торбьорна и Товы, чтобы отомстить за унижение, которое причинили ей Расколотые Щиты.
Если отталкивать от этого диалога, то получается, что Муири тоже дочь Расколотых Щитов. Возможно она внебрачная дочь Торбьорна или Товы. А может раньше между семьями дружба была настолько крепка. Тут уж мы не узнаем правды.
Если ассасин убивает Нильсин, то Това, спустя некоторое время, покончит жизнь самоубийством и оставит предсмертную записку в которой говорит, что больше ей незачем жить, и она надеется увидеть дочерей в Совнгарде, если герои согласятся принять самоубийцу в пиршественном зале.
Торбьорн теперь бесконечно будет повторять фразы, о своей трагедии и продолжит заливать горе медовухой. А если попытаться вернуть ему фамильный молот, Торбьорн абсолютно никак на это не отреагирует.
Пожалуй, это одна из самых суровых историй в Скайриме.