Дрожа от холода, я подошёл к оторванной части Боинга. Знакомая вонь разлагающейся плоти ударила мне в нос, но меня это сейчас мало волновало. Я надеялся найти какие-нибудь тёплые вещи, так как мои не справлялись с такой низкой температурой.
Но мои надежды рухнули, как только я залез внутрь. Всё, что я обнаружил, это открытые ящики и пару мёртвых пилотов, тела которых были синими и издавали неприятный запах.
Посмотрев на приборную панель, я вспомнил свой первый день на этом острове. Вспомнил свои ощущения, после того, как пришёл в себя. Вспомнил боль в груди, которая становилась сильнее с каждым шагом. Вспомнил и о Тиме, которого потерял...
Сэм Даливан и Бранислав Рачинский, и судя по лычкам на погонах, первый был командиром воздушного судна. Подумать только: от этих ребят зависела жизнь 43 пассажиров.
И я задумался: кто или что виновато в крушении нашего Боинга? Природное явление или непрофессионализм пилотов? Технические неполадки или аномальные силы?
Единственной ценной вещью, которую я нашёл, был сигнальный пистолет. Вместе с патронами, он лежал в аварийном чемоданчике, который лежал на полу.
Я достал последние сухие палки из рюкзака и соорудил костёр прямо в носовой части Боинга. Ветер здесь не ощущался, но металлическая конструкция добавляла ещё больше холода. Господи, как же я замёрз!
Дрожащими руками я пытался зажечь эту чёртову зажигалку, но отсыревший кремень отказывался выдавать искру. Психанув, я швырнул её об стенку и достал спички. Черкаш на коробке тоже был влажным и я понял, что мне не согреться. От отчаяния я закрыл лицо руками и заплакал.
Я не знал, что делать. Проход через горы я не нашёл. Следов Тима я тоже не обнаружил. Возвращаться в лагерь и ждать своей смерти? Лучше бы я умер...
Мои мысли оборвало чириканье какой-то птички, которая залетела в носовую часть. Я вытер заплаканные глаза и посмотрел на неё. Это создание не умело ни говорить, ни передавать мысли. Но оно как будто говорило со мной.
«Приди в себя Алан! Ты столько пережил и собираешься вот так просто сдаться?! Твой сын ждёт тебя! Поднимай свою задницу и вперёд!»
Это было похоже на шизофрению, но я смог это объяснить самому себе. Если такое маленькое существо обитает в таком холоде, то почему я не могу здесь выжить?
Я вылез из обломков самолёта и взглянул на заснеженные горы. Если я продолжу поиски прохода, то скорее всего замёрзну насмерть. Если я вернусь в лес, то меня сожрут дикари.
Недолго думая, я решил, что становиться чьим-то обедом я точно не собираюсь. Глубоко вздохнув, я продолжи свой путь вдоль снежных гор, пробираясь по глубоким сугробам уже без сил.